Uralistica

Марийская исследовательница этнофутуризма Эльвира Колчева приглашает всех принять участие обсуждении и критике работ этнофутуристических художников:

В.Боголюбов. Вышивальщица.

В.Боголюбов. Наша жизнь.

В.Боголюбов. Мать с младенцем

И.Ефимов. Небесный вестник.

И.Ефимов. Этнографический этюд.

А.Иванов. Ассоциации с марийской мелодией.


Ю.Таныгин. Формула встреч.


Ю.Таныгин. Югорский мотив.


С.Бушков. Шочын ава.

Просмотров: 2939

Ответы на эту тему форума

Этнофутуризм - как много в этом звуке для финноугра милого слилось! Но почему в моей душе не отозвалось? Почему в столь интригующем своим названием течении, объединившем многих художников многих финно-угорских национальностей, не так много новизны, как ожидалось со времени появления этого течения в искусстве в 1990-х годах. Футуризм, насколько я помню, возникший в Италии в 1910-х гг. предполагал взгляд в будущее и использование новых средств выражения. Нет, это вовсе не требует от братии финно-угорских живописцев немедленно пуститься в пляс по улицам с декларативными лозунгами: "Улицы- ваши кисти, площади - ваши палитры" (Маяковский). Но из года в год эксплуатация архетипических декоративных мотивов, типичных для нашего семейства народов,как то: "утка", "свастика", "восьмиконечная звезда", "женщина-птица" в угоду каким-то неведомым идейным постулатам, кажется по меньшей мере странным. Мое раздражение вызвали работы С.Бушкова и Ю.Таныгина, в которых реализм, совмещенный с декоративными элементами национальных узоров, как будто кричит адресату этих картин: "Мы - плоть от плоти современное продолжение ментальности своего народа?" Сомневаюсь, чтобы марийский народ согласился иметь такую "матерь земли", которая явно аппелирует к образу христианской Богоматери(об этом говорят и символы прародителей позади этой явно некорректно выглядящей кубистической кормящей "матери"). Футуризм, задумывавшийся как реакционное по отношению к натурализму, реализму и прочим -измам 20 столетия течение, в лице У. Боччони и Маринетти пытались мечтать и о цивилизации с ее вечным движением, грохотом и гулом технических достижений, и о ее поэтизации, в которой человек должен почувствовать себя "мотором". По отношению к чему же есть новизна так называемого этнофутуризма, если и формы стары, и мотивы не новы? Однако кое-что может служить ориентиром дальнейшей поступи ЭТНОФУТУРИЗМА (этакой новой эры искусства в созвучии с цивилизацией, какой она задумывалась). Это работы В.Боголюбова, И.Ефимова и А.Иванова.
В.Боголюбов использует достижения Марка Ротко с его школой вдумчивого отношения к цвету, к его протяженности и тактильности, и эта непритязательная манера исполнения наполняет даже незамысловатый мотив женщин в национальных костюмах какой-то символической многозначностью.
И. ЕФимов радует (без иронии) своим простодушным заимствованием черт народного национального ткачества, и даже по репродукции заметна фактура плотная, как будто с "узелками", правда, из краски. Несмотря на монохромность, "Этнографический этюд" звенит своим зарядом полнокровия и жизнетворчества. Угол всего лишь обозначенного полотнища, с народными узорами, выглядит совершенно законченно и стремительно взлетающим, словно и призванным в задумке автора обозначить "полет в будущее".
Подобным эффектом народного ткачества отличается и работа Иванова "Ассоциации с марийской мелодией". Ритмичность,энергичность композиции, напоминающей дробь чечтки, которые так любят горные марийцы, сбивается, правда, названием. Им вносится какое-то недоразумение в изначальный замысел художника. Ассоциации - ведь это, прежде всего, означает спонтанность мысли. А от этой работы веет вполне взвешенной организованностью, четкостью "пробелов" и заполненных пространств. Но хорошие работы художников в веках, со временем приобретают совсем иные названия, чем называли их современники. Так что, название- хотя и достаточно важная часть этнофутуризма, но оставим это на закуску искусствоведам.
Спасибо , Анастасия, за отклик, за анализ работ, за откровенность.
Хочу предостеречь всех сразу от заблуждения по поводу истоков этнофутуризма.
ЭТНОФУТУРИЗМ НЕ ИМЕЕТ ОТНОШЕНИЯ К ФУТУРИЗМУ НАЧАЛА 20 ВЕКА!!!!!!!!!!!!!
Никогда и нигде этнофутуристы не заявляли о наследовании этому течению ни в идеологии, ни в художественном языке. Если вы вдумаетесь, там и цели, и задачи совершенно другие. Просто слово "футурум" в переводе с латыни означает "будущее", а латынь, как известно, до сих пор используется в практике международной коммуникации, науке и искусстве. Могли бы они, конечно, придумать термин на основе эстонского языка, но... Могу предложить ссылку на мою монографию, где вопрос истоков этнофутуризма рассматривался. http://base.spbric.org/main/person/325 или http://scipeople.ru/users
/7500345/
Отвечаю теперь на Ваши вопросы:
- Но почему в моей душе не отозвалось?
Не знаю. Это и не обязательно должно иметь место, да и картин тут мало.
- По отношению к чему же есть новизна так называемого этнофутуризма, если и формы стары, и мотивы не новы?
По отношению к культуре своего народа. В марийском искусстве таких форм не было, а мотивы, это смотря что Вы имеете ввиду по этим словом.
- Мое раздражение вызвали работы С.Бушкова и Ю.Таныгина, в которых реализм, совмещенный с декоративными элементами национальных узоров, как будто кричит адресату этих картин: "Мы - плоть от плоти современное продолжение ментальности своего народа?"
Не очень поняла, возможно, Вас раздражает эклектизм формы.
Еще раз спасибо! Буду рада продолжить диалог.
И.Ефимов. Этнографический этюд.i>" Угол всего лишь обозначенного полотнища, с народными узорами, выглядит совершенно законченно и стремительно взлетающим, словно и призванным в задумке автора обозначить "полет в будущее"."
Не-ет. По закону композиции ПРАВОЕ-ЛЕВОЕ (за определения - отвечаю)здесь нет полета в будущее, а есть противостояние скалы-паруса некоему ветру-течению, которое срывает тем более "национального", чем ближе к оно к СРЕДИННОМУ слою меж Духом народа и его Плотью. При этом Дух ВЕРХА этот явственно оторван от плоти НИЗА. Он неизвестен (белое). Но он - есть И он подобен маяку, направля\ющемк свет вНИЗ.
Хужодожники не придумывают. Они отображают.
И.Ефимов. Небесный вестник О! Пришел и - возражает. И тоже - против течения....
Ю.Таныгин. Югорский мотив Спим-с на ходу: сны - все о прошлом...
А.Иванов. Ассоциации с марийской мелодией ОНИ идут прямо на вас-нас!...
В.Боголюбов тёплого парного молока МИР...
Остальное - сочинения школьные.
Соглашусь с Эльвирой в том, что этнофутуризм не заявлял о преемственности с футуризмом - но использование уже устоявшегося и принявшего рельефные очертания компонента "футуризм" в качестве самоназвания, по-хорошему, обязывает как-то отнестись, самоопределиться по отношению к футуризму, но этого этнофутуризм не делает, зато охотно выдвигает тезисы о своих отношениях с постмодернизмом. На мой взгляд, как раз то, что этнофутуризм никак себя не определяет по отношению к футуризму, лишает его важнейшего внутреннего ресурса. Футуризм на уральской почве - это крайне интересно! Большая часть утверждений о взаимоотношениях этнофутуризма с постмодернизмом несостоятельна, потому что описание постмодернизма в таких текстах строится на работе с второисточниками, а не с первичным материалом. чтобы в уральском пространстве, по крайней мере в России, говорить о постмодернизме, нужно получить экзистенциальный и культурный опыт, хоть как-то сопоставимый с опытом европейским. Из соцреалистического искусства и кризиса села трудно перейти к ризоме и политизированному акционизму. С этнофутуризмом же, как я понял, связываются все максимально широкие инициативы в культурах российских финно-угров.
Из монографии Эльвиры Колчевой я узнал о первых этнофутристических практиках - они во сто раз интереснее и продуктивнее сегодняшнего российского Э.

"Как отдельное художественное течение этнофутуризм зародился в конце 80-х XX столетия в среде молодых поэтов как маргинальное и одновременно элитарное явление на основе обращения к южноэстонской этнокультурной и языковой традиции. Молодые люди выезжали в сельскую местность, читали свои авангардные стихи, учили со стариками языку народностей иту и выру, пели народные песни, плясали вместе с ними, участвовали в обрядовых действах. Из этого "хождения в народ" позднее возникло общество "Костаби", "особый ракурс исследований эстонских фольклористов, консервативная политическая партия, особый дизайн в моде, институт южноэстонского языка, был создан алфавит для этого "новорожденного" языка, этнофутуристический проект по спасению народа ливов (Латвия) и их языка, и многое другое"".
(Э.Колчева - Этнофутуризм как явление культуры)

инициативы первых этнофутуристов представляли собой смесь из неонародничества, хиппи и политического проектирования
скорее, этнофутуризм - общая рамка для проектов. инициирующих пробуждение уральских народов и сопротивление ассимиляции
Спасибо, Ортем!
Вопрос о соотношении постмодернизма с этнофутуризмом я также рассматривала в той же работе, обилие подходов и точек зрения на эту "парочку". Пересказывать все - здесь не тот формат.
Мне кажется, этнофутуристы не обязаны отвечать за чужие ассоциации и объясняться по поводу футуризма, обязательно потом кто-нибудь перевернет, не так поймет и т.п. Следом придется объясняться за сюрреализм, примитивизм, абстракционизм и пр. Они творчески перерабатывают опыт неклассического искусства 20 века, а уж, проводить аналогии, откапывать как новизну, так и вторичность - наша с вами забота. Главное, увидеть за этим идеи, которые движут этими художниками.
Позволю себе выложить здесь некоторые выводы исследования этого феномена из монографии:
"ЗАКЛЮЧЕНИЕ
«Наш век хочет познать саму душу», – утверждал один из ведущих философов ХХ века К.Г. Юнг, имея в виду не только и не столько отдельную личность, сколько душу народа, расы, этноса [142.305]. К.Г. Юнг отождествлял ее с пластом коллективного бессознательного в человеческой психике, хранящим тот «первоопыт», который дает людям иррациональное чувство идентичности и родства. Прямые и интенсивные отношения с бессознательным имеет художник, он является «воспитателем» своего века. Поднимая свою личную судьбу до уровня судьбы своего народа, а то и всего человечества, он помогает другим людям освободить свои внутренние силы и избежать многих опасностей. Этот вывод К. Г. Юнга обнажает истинную суть творчества этнофутуристов, – художников, писателей, музыкантов, ученых, деятелей культуры – то есть творческих личностей, главной идеей которых является желание найти пути для выживания и дальнейшего развития культур своих народов в условиях глобализации на рубеже XX-XXI вв.
Этнофутуризм представляет собой многогранный феномен культуры. Во-первых, это явление социокультурного порядка - общественное движение. Возникнув в финно-угорском мире, оно очень скоро перешагнуло рамки одной языковой общности, поскольку аналогичные тенденции в культурах других народов обнаруживаются повсеместно.
Во-вторых, этнофутуризм содержит богатый духовно-нравственный план. Распространению этого течения немало способствует его философия и идеология. Она отражает мировоззрение переходного периода в истории культуры. Вырастая из постмодернизма, этнофутуризм, по мнению специалистов, становится следующим этапом в развитии европейской культуры, синтезирующим достижения постмодерновой культуры и архаическое этническое начало. Этой системе взглядов свойственны экологический гуманизм и толерантность, «новая искренность и аутентичность, новый утопизм, сочетание интереса к прошлому с открытостью будущему, сослагательность, «мягкие» эстетические ценности» [150.354].
Третьей важной стороной этнофутуризма выступает его творческий метод как деятельностное и коммуникативное проявление движения этнофутуризма и его мировоззрения. Если рассматривать его на фоне глобального переходного этапа в развитии культуры XX века, а также в условиях постсоветского переходного периода на территории стран бывшего Советского Союза, то предлагаемое «творческое соединение древнего финно-угорского образа мышления с новейшими возможностями информационного общества» оказывается четко сформулированным частным вариантом общего творческого метода, возникшего в рамках этнических культуроохранительных тенденций, апеллирующих к собственным этническим корням через призму достижений современности.
Творческий метод этнофутуризма строится на сознательном использовании естественного динамического механизма культуры – диалектики традиции и новации. Воспроизводство и полноценное функционирование любой культуры обеспечивают традиции, они являются ее регулятором, осуществляя эту функцию через взаимодействие креативной (новационной) и консервативной составляющих. Внедрение необходимой новации обычно происходит путем осторожного втягивания ее в систему традиционных стереотипов. Этот механизм и предлагает задействовать этнофутуризм. Тем самым может быть достигнута адаптация культуры к современным условиям без потери этнического «лица», «самости».
Конкретные способы реализации этнофутуристического метода указаны эстонскими теоретиками движения О. и А. Хейнапуу. Это переосмысление наследия, реконтекстуализация угасающих явлений, возрождение забытого, реконструкция исчезнувшего, перенос явлений архаичной культуры в новые художественные формы. Этнофутуризм стремится к функциональному «возрождению» этнической традиции в новых формах, а не только к ее условному, знаковому использованию, что качественно отличает этнофутуристическую идеологию от постмодернистких приемов этносимволизма. Этнофутуристический метод следует отличать от распространенного в национальных движениях этнопретеризма (пассеизма), явления ориентирующегося исключительно на этническое прошлое, а также космофутуризма, т.е. предпочтения новации и пренебрежение традицией. Оба способа обрекают народы на угасание. И лишь творческий подход, избранный в этнофутуризме, способствует выходу из маргинального состояния этноса и его национальной элиты. Мемориальный характер культуры этнической стадии, соединяясь с прогностической ориентацией культуры национального типа в этнофутуризме, указывает, по мнению О. И. Генисаретского, на новый этап в развитии европейской культуры, который он называет постнациональной этничностью.
В этнофутуризме актуализируется категория этничности, что отражает кризис идентичности в современной жизни. Этничность стала в прошедшем веке серьезным рычагом мобилизации разнообразных социальных групп на достижение конкретных политических целей, потеснив объединяющую силу класса, с одной стороны, и нации - с другой, в этнофутуризме она реализуется не в политическом русле, а в духовной и художественной деятельности.
Этнофутуризм стремится к преодолению проблем на основе восстановления этнического мифа, который несет образ целостности культуры, к нему необходимо вернуться и перенести его из прошлого в настоящее, придав ему соответствующую форму. Тем самым осуществляется глубинный уровень этнической идентификации - мифологический. Этнофутуристическая роль художника в этом процессе состоит в извлечении из забвения значимого первообраза, архетипа культуры, его новом осмыслении и насыщении адекватным современности содержанием, придании соответствующей формы и вида, а уж «обратную дорогу» в коллективный духовный опыт народа тот найдет сам. «Художники имеют важное значение, - писали организаторы Международной выставки Ugriculture, - они своим творчеством поддерживают национальное самоуважение народов. Финно-угорскому современному искусству свойственна сильная вера в свою значимость - она имеет особую миссию в сегодняшнем мире» [100.32].
Творческий метод этнофутуризма в искусстве сформулировала в 1996 г. эстонский идеолог движения Пирет Вийрес: «Этнофутуризм - это слияние свойственного национальному духу архаического, доисторического и этнического материала с современной, подчас даже футуристической формой, либо, напротив, слияние архаической формы (например, аллитерационной песни) с современным мировосприятием» [79].
Искусство этнофутуризма представлено сегодня всеми видами искусства. Особо продуктивными в нем оказываются игровые виды, такие как перформанс, а практика фестивалей в Удмуртии демонстрирует актуализацию игры как таковой, в чем просматривается тенденция к стиранию границы между условностью и реальностью, имитацией и ритуалом и т.п. Так оживают существенные черты архаического мировосприятия: наблюдается отход от линейной трактовки пространства и времени, воспроизводится цикличное восприятие времени, а также динамичное восприятия пространственного мира.
В этнофутуризме формируется свой специфический хронотоп, в котором фиксируется «вихревой характер времени» (С.Ф. Сироткин) как стремление найти духовную точку опоры для новых путей развития этноса. Проблема этнофутуристического хронотопа требует отдельного исследования, поскольку в нем синтезируются глобальные мировоззренческие тенденции, о «космическом вихре» в искусстве уже столетие назад говорил Н.А. Бердяев [104.10]. Подобное исследование, возможно, могло бы обнаружить особенности складывающегося мироощущения новой эпохи в истории культуры. Эта гипотеза представляет перспективную задачу в изучении этнофутуризма для автора данной работы.
Марийский этнофутуризм имеет в масштабах финно-угорского мира ряд особенностей. Во-первых, он реализуется наиболее полно в только в изобразительном искусстве, спорадически в литературе. Объяснение этому можно найти в причинах объективного характера, как особая роль изобразительного и пластического начала в традиции народа, а также в причинах субъективного свойства: этнофутуристические тенденции в музыке и хореографии во второй половине 80-х годов прошлого века были подавлены. Творчество марийских художников-этнофутуристов – это творчество одиночек, не проводящих никаких совместных акций, не объединенных общественным движением в рамках марийской культуры. Отсюда вытекает отсутствие стилистического единства. Этим художникам чужда постмодернистская ирония. В их творчестве преобладает своеобразное преломление героического и эпического начал вкупе с лирической тенденцией, они «наивнее» и «проще» своих коллег из других республик. Им свойственна искренность и цельность.
Истоки марийского этнофутуризма относятся к 20-30-х годам XX века, их необходимо искать в творчестве первых профессиональных деятелей марийской культуры круга К.Ф. Егорова, историка Ф.Е. Егорова, писателя С.Г. Чавайна. Тенденция была сломлена победой метода соцреализма, а главное, репрессиями. Обращение к культурной памяти народов начинается заново в неоромантических настроениях 60-70-х гг. Экзотический марийский материал привлек русских художников республики, влюбленному в природу и людей края художнику С. Ф. Подмареву удалось в своем творчестве проникнуться мироощущением марийского народа, и, наконец, в те годы появился «новый тип художника-исследователя национальной культуры» З. Ф. Лаврентьев, график и живописец.
Началом третьего этапа можно считать рубеж 80-90-х годов, когда в творчестве некоторых марийских художников появились признаки поиска национальной самобытности и уникальности. Через этап «критического реализма» И. Ямбердов приходит к символизму в рамках классического пластического языка, В. Боголюбов и И. Ефимов выбирают путь этнофутуризма. Ю. Таныгин и А. Иванов входят в художественную жизнь сразу как «авангардисты». В первой половине 90-х годов происходит созревание изобразительного искусства марийского этнофутуризма.
Условность и символичность являются определяющими характеристиками этого явления в изобразительном искусстве, которое в поиске своих оснований уходит от отображения реального мира в трансцендентальные сферы. Мощным средством символизации в этнофутуризме выступает композиция. Пространство на картинах трансформируется то в плоскость и как бы исчезает, то преобразуется в сложную полипространственность, когда отдельные миры существуют параллельно, взаимопроникают и т. п. Оно словно разрыхляется временными потоками, открывая проходы для Вечности. Изобразительное искусство этнофутуризма становится визуальным выражением его хронотопа, это отражается в особенностях композиционного решения полотен.
Дверью в сакральное пространство и «истинное время» (то есть в мир архетипов) в этнофутуризме оказывается культура этнической архаики или собственное детство художника. Эти две темы объединяет то, что обе они представляют этапы человеческого развития, первый из которых филогенетически и другой онтогенетически свободны от чувства физического времени. Они выражают идеи начала и становления, гармоничного цельного существования. Эти два способа образуют основные художественные методы этнофутуризма.
Поэтизация детства, протекавшего у художников-этнофутуристов в традиционном сельском укладе - это путь символизации личностного, или более широко, путь, идущий от индивидуального к общинному, родовому, от частного к общему. Художник в принципе может даже отходить непосредственно от своих воспоминаний. Происходит мистификация личных переживаний детства, идеализация деревенского образа жизни. Пластические приемы – от реальных, но упрощенных форм до условных и примитивных. Образы близких, детали быта возводятся в ранг символов через обобщение изображаемого. Живописные приемы нацелены на задачу изображения «сна», видения или воспоминания. Отсюда – либо сумеречный, либо блеклый колорит, или же – специфические изобразительные приемы типа «потертости от времени» и т.п. Эти приемы используют в своем творчестве В. Боголюбов, С. Евдокимов, Ю. Таныгин, И. Ямбердов.
Другой путь отвлечен от личного, в нем актуализируется коллективное начало – как сознательное, так и бессознательное. От него уже совершается приближение к индивидуальному и личностному, то есть это способ движения от общего к частному. Мир древних знаков и символов, основанный на финно-угорской мифологии и наскальной росписи, орнаменты традиционных украшений и вышивки оживают в стилизованных формах. Образы пермского звериного и финно-угорского геометрического стилей цитируются и вплетаются в контекст современных форм творчества, становятся в искусстве материалом аллюзии, когда исконное этническое видение узнается вне прямых указаний на традиционные формы. Этому методу свойственно, как правило, понимание цвета в духе народного искусства – открытые интенсивные тона, сочный колорит, иногда прямо копирующий национальную цветовую гамму, декоративизм. К подобным приемам обращаются В. Боголюбов, С. Евдокимов, И. Ефимов, А. Иванов, Ю. Таныгин. В конкретной художественной практике названные подходы взаимодополняют друг друга и зачастую пересекаются в творчестве отдельно взятого художника.
Иногда второй способ высказывания отождествляется со стилем этнофутуризма, что обедняет реальное содержание практики этнофутуризма. Автор предлагает вопрос об этнофутуризме как о стиле пока оставить открытым, поскольку процесс становления этнофутуризма продолжается. Как только произойдет фиксация стилевых норм и приемов явление начнет утрачивать свою живую почву, превратится в технологию, порождая эпигонство. Понятие стиля опасно своим внешним, формальным подходом к явлениям культуры.
Сегодня важно сосредоточить внимание на культурологическом измерении данного художественного процесса, которое вытекает из типа мироощущения. Это в свою очередь ставит перед автором данной работы новые задачи: в перспективе необходимо тщательно исследовать образное содержание изобразительного искусства этнофутуризма на предмет его архетипического, в том числе, хронотопического, содержания. Это позволит выявить особенности и проблематику мировоззрения народа, или, по крайней мере, как чувствуют ее представители национальной интеллигенции. Кроме того, решение этой задачи, а это план содержания, поможет глубже понять и специфику художественного языка искусства этнофутризма, т.е. план формы."
никак не могу понять, какие же новации и сверхсовременные возможности информационного общества использует этнофутуризм? мне кажется, напротив, многочисленные образцы этнофутуристических работ апеллируют исключительно к архаике, не предлагая никаких образцов будущего.

этнофутуризм не мог вырасти из постмодернизма, так как постмодернизма еще не появилось на финно-угорской почве. то многогранное культурное явление, которое называется постмодернизмом, является не только искусством создания гипертекстов и коллажей, оно вырастает на трагическом опыте западного мира 20 века, пережившего смерть Бога, две мировые войны, Холокост, три тоталитарных режима etc.

в этнофутуризме же я не встречал рефлексии над историческим опытом уральских народов. и в этом его огромное упущение. он не может поэтому стать мощным идеологическим течением в искусстве
Как мог этнофутуризм вырасти из постмодернизма? Думаю, ему не нужно было вырастать из него - понимаете, сейчас все "постмодернизм", что после 1970-х гг. Как принято и кубизм, и футуризм, и абстракционизм называть "модернизмом". Это просто неведомый мрак, просто слово, которым пока удобно назвать неразобранную искусствоведами кипу бумаг))). Ведь сказано же Эльвирой Колчевой, что посмодернизм -это контекстуальное искусство, основанное на цитатах, повторениях. Почему бы не вписать туда и этнофутуризм - он уже по определению после 1970-х.
Поэтому, Ortem, этнофутуристы, вопреки нашим представлениям об их "первобытной простоте", отнюдь не такие простые, они водят дружбу с нужными людьми, которые видят их уже в истории "постмодернизма". Таким образом, узкий финно-угорский контекст расширяется, и мы, можно сказать, метим в ИСТОРИЮ. Почему бы и нет?

Ortem said:
никак не могу понять, какие же новации и сверхсовременные возможности информационного общества использует этнофутуризм? мне кажется, напротив, многочисленные образцы этнофутуристических работ апеллируют исключительно к архаике, не предлагая никаких образцов будущего.

этнофутуризм не мог вырасти из постмодернизма, так как постмодернизма еще не появилось на финно-угорской почве. то многогранное культурное явление, которое называется постмодернизмом, является не только искусством создания гипертекстов и коллажей, оно вырастает на трагическом опыте западного мира 20 века, пережившего смерть Бога, две мировые войны, Холокост, три тоталитарных режима etc.

в этнофутуризме же я не встречал рефлексии над историческим опытом уральских народов. и в этом его огромное упущение. он не может поэтому стать мощным идеологическим течением в искусстве
Этнофутуристы отнюдь не первобытные дикари,хоть и аппелируют к архетипам, они водят дружбу с нужными людьми, как например, с Эльвирой Колчевой, которые видят их в контексте "посмодернизма". Когда-то кубисты, футуристы, абстракционисты тоже не подозревали, что они модернисты. Это были направления внутри большого стиля. Стиль - это вообще сугубо область дегустации среди искусствоведов, им так легче ориентироваться. Поэтому, говоря, что этнофутуризм вырос из постмодернизма, просто очень хочется- заранее хочется! - видеть большое будущее у этого направления. А постмодернизм - это всего лишь слово, которым обозначается "неразобранная кипа бумаг", которую в связи с тотальным "клиповым мышлением" разбирать все труднее.
Ой, Настюша! Что за дружба с нужными людьми?! Вы меня удивляете просто! Думаю, они даже и не догадываются о моем существовании. Я вас умоляю, не надо меня ни в чем подозревать и разоблачать, я исследователь, давайте внимательно присматриваться к событиям и стремиться понять их, а не играть в политику!
Попытаюсь понять Вас, Настя.
Видимо, надо заострить внимание на том, что ПОСТМОДЕРНИЗМ - НЕ СТИЛЬ, А КУЛЬТУРНАЯ СИТУАЦИЯ, переходная, о чем в монографии и даже здесь, в выдержках из заключения говорится.
И, честно говоря, Настя, модернизм стилем тоже не является, это этап культуры, совокупность течений, которые объединяет лишь неприятие классического наследия, да и то, если зароемся, то...
Этнофутуризм разворачивается , как мы понимаем, не в безвоздушном пространстве и времени, а в конце 20 века в этой самой глобальной ситуации. Конечно, мне было непросто разгребать эту кашу с постмодернизмом, я постаралась собрать максимальное количество разных точек зрения на проблему, и даже отдаленно связанных с предметом исследования, обобщить и дать общую картинку. Можете почитать все это в монографии, точки зрения существуют разные. Это - эстонские идеологи движения, Кари Салламаа, Виктор Шибанов, Наталья Розенберг, даже казахский философ Ауэзхан Кодар имеет своеобразный взгляд, Олег Генисаретский, наконец!!!!!! Читайте, выбирайте какой вам ближе. У них у всех есть свое здравое зерно.
Теперь отвечу на реплики Артема. Ну, почему обязательно сверхсовременные? Почему не просто современные? Этнофутуризм использует опыт искусства 20 века, я охарактеризовала это на примере живописи. Эстонцы А. и О. Хейнапуу формулировали методы более универсально. Если захотите, выложу из них цитату, а то и без меня найдете все это на suri.ee.
Вы не встречали "рефлексии над историческим опытом уральских народов", ну, так это потому, что они пребывают на уровне мифологической рефлексии, а это иной уровень, более глубокий, именно поэтому, этнофутуризм ярче всего проявляется в искусстве, а не в политической деятельности. И честно вам скажу, именно поэтому мне интересен и симпатичен этнофутуризм. Именно поэтому им заинтересовался О.Генисаретский и увидел новый этап этнокультуры - постнациональную этничность. Именно в этом его миротворческий и культуротворческий потенциал.
"стать мощным идеологическим течением в искусстве" - почему-то меня это даже пугает.
Что ВЫ имеете ввиду?
А вообще, ребята, большое спасибо за дискуссию! Очень рада. Жду продолжения.
Эльвира, скорее постмодерн - культурная ситуация. я настаиваю на том, что выведение этнофутуризма из постмодернизма некорректно потому, что этнофутуризм имеет дело с постмодернизмом лишь опосредованно. авторы, на которых Вы ссылаетесь, принадлежат к лагерю исследователей этнофутуризма, а не постмодернизма. Эти авторы дают весьма неполное и опосредованное описание феномена постмодернизма. Свогео постмодернизма у нас ещё не было, возможно, нам его ещё предстоит прожить. Но когда мы утвверждаем, что этнофутуризм вышел из постмодернизма, мы как минимум неосторожно обращаемся с историко-культурологическим наследием. Постмодернизм, настаиваю, не исчерпывается некоторыми используемыми в тех или иных школах художественными приемами типа коллажа или гипертекста. За постмодернизмом стоит гораздо более глубокий культурный фон. Если совсем быть честными, с постмодернизмом лучше помогут разобраться Лиотар с Бодрийяром, чем Розенберг с Генисаретским.

не соглашусь с Вами в том, что уровень мифологической рефлексии, на котором, по Вашему, выражается исторический опыт уральских народов в творчестве художников-этнофутуристов является более глубинным, чем какие-либо другие уровни. Это звучит как школьная догма, но в действительности это совсем не так. Постмодернизм, хоть опосредованно, но всё-таки и нас коснулся. Следовательно, иерархия уровней и языков нарушена. Ни один язык не является приоритетным и выражающим абсолютность смысла. Да и живём мы не в архаическом обществе, чтобы утверждать приоритет мифологического уровня над всеми остальными.

по поводу Генисаретского - не считаю, что нужно ориентироваться на его построения. Он помещает этничность в весьма неоднозначную систему: - экология культуры, - семейно-родовые связи. Да, ведь целью этих теоретических построений Генисаретского является деполитизация этнического - помещение этнического в разряд экологических, средовых, природных вещей.
очевидно, что когда этническое задаётся исключительно как компонент среды и продолжение семейно-родовых связей, мы рискуем сузить область этнического, лишив его потенциальной конфликтности и обескровив его. Этническое в таком случае выступает не чем-то самостоятельным, что может быть оформлено в самостоятельный политический проект, а лишь как то, что составляет особенность среды обитания.
Не вижу в такой конструкции ничего привлекательного - этнические культуры в такой картине являются лишь факторами, усиливающими природное многообразие, помогающее в свою очередь поддерживать каркас русского мира, для которого все остальные этнические культуры - это такие интересные, яркие соцветья на красочном лугу, но не более чем цветочки, лишь украшение.

постнациональная этничность Генисаретского - это хитроумная уловка - как бы и этническое многообразие, но и при этом совершенно нейтральное, бесперспективное

Какая открывается в таком случае перспектива для наших культур?

а почему бы не стать этнофутуризму некоторым духовным импульсом, движущим развитие финно-угорских культур?
Ортеми: "- а почему бы не стать этнофутуризму некоторым духовным импульсом, движущим развитие финно-угорских культур?"
духовный импульс может проявить себя в конкретике весьма неоднозначно для того, кто о нем мечтал. Об этом есть, если хотите, предупреждение Клэра Грэйвза об уровнях сознания . Он же и поможет лучше всех слово-степ-ствующих искусствоведов разобраться в ракурсах прошлого века и нынешнего. Но материал ляжет лучше на - Стефана Грофа.
Попутно можно пройти тестирование на jobexec.com на собственные ценности. (Иметь бы на уралистике наши ценностные портреты... - это Дело.)
"Спасибо" за квалификацию, уважаемый Нимошур Вали!
Ребята, как человек академический, а не политический призываю вас не бросаться эффектными оценками оппонентов, а рассматривать предмет дискуссии - этнофутуризм в данном случае. Давайте четко аргументировать и разъяснять свою мысль. Если непонятна точка зрения - давайте задавать вопросы друг другу.
Ортем, давайте, быть внимательными, Вы повторили мою же мысль о постмодернизме как культурной ситуации. Исследований постмодернизма ни у Розенберг, ни у Шибанова я не встречала. Пожалуйста, ссылку дайте, тогда, свое отношение к этому выскажу. "Спасибо" за совет про Лиотара с Бодийяром, учту обязательно. Я нигде не утверждала, что этнофутуризм вышел из постмодернизма, обратите внимание, там написано, "по мнению специалистов". В нашей стране он вышел из социализма и соцреализма. С постмодернизмом непосредственно его связывают зарубежные исследователи, наши - опосредованно . Чувствуется, надо вставить сюда кусок из книги. Если можно, какой конкретно мой вывод по проблеме постмодернизм-этнофутуризм в книге Вы считаете неверным? Вообще не понимаю, а почему вас так волнует эта оппозиция? Там и без постмодернизма столько интересного, в книге я вообще на этом не зацикливалась.
Про уровни рефлексии: мифологическая рефлексия, в отличие от политической и культурной есть глубинный уровень процессов идентификации. Эта классификация обоснована Иониным в "Социологии культуры: Путь в новое тысячелетие", по-моему, очень точно. Возможно, политикам как заинтересованным людям этого не хочется принимать, но объективно говоря, это так. Политический уровень рефлексии - верхний, а не глубинный. Мифологический способ мышления - основа нашей психики, культуры, никуда не исчез и не может исчезнуть, даже в связи с общественным приоритетом понятийного мышления. Неомифологизм - ключевая черта культуры 20 века, говорящая об уровне рефлексии в культуре в целом, отражающая процесс смены культурной парадигмы и переходной стадии в развитии культуры. Архаика сама по себе тут не причем. Причем здесь коллективное бессознательное и архетипика. Могу порекомендовать К.Г.Юнга "Проблемы души нашего времени"для более глубокого понимания вопроса. Здесь невозможно пересказать все базовые культурологические и социологические понятия, на которые я опиралась в оценке этнофутуризма как явления культуры.
Как связаны эти уровни рефлексии с языком? Иерархия этих уровней для меня не нарушена, в чем Вы, Ортем, видите нарушения?
Собственно, понимаю ваше отношение к Генисаретскому, точнее, к его видению этнофутуризма. Можно как угодно манипулировать любым понятием, в т.ч. и этничности, тем более что изучение этой категории показало ее глубокую иррациональность, невозможность научно определить. Меньше всего меня привлекает политика, там никто не придерживается четких определений, все время подменяют смыслы, преследуют корыстные цели. Короче, мне неинтересны были его политические замыслы, а вот научная сущность в оценке показалась интересной: он указывает как раз на то, что в этнофутуризме актуализируются внеполитические, художественные формы этничности (читай, мифологические). Ему видится в этом отсутствие традиций политических институций у финно-угров, и в этом их преимущество, незацикленность на европейских способах идентичности, отсюда - новый этап становления этничности как таковой, миротворческий характер решения этнических проблем. Это он и назвал постнациональной этничностью, т.е не рвущейся реализовываться именно через политику, а через культуру.
(Извините, не хотела, но приходится пересказывать монографию.) Это навеяло ассоциации вот с чем: Традиционные культуры носят мемориальный характер, обращены на опыт прошлого, культуры национального типа носят прогностический характер, новации обращены всегда в будущее, но вот мы видим идею, желающую объединить и то, и другое, оба этапа. Вот что, получается, по существу стоит за понятием постнациональной этничности.
Перспектива для этнокультур? А все должно идти своим чередом - созревает мифологическая идентичность, затем культурная, и уже политическая реальность не может не измениться, с созревшим явлением невозможно не считаться. А эксперименты с навязанной политической самостоятельностью в истории немало казусов порождали. Не в этом ли "чудеса" современной политической жизни нашей республики?
Не нужно быть этнофутуризму никаким духовным импульсом, успеет еще выродиться, пусть он будет тем, что есть.

RSS

© 2022   Created by Ortem.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования