Uralistica

Младенца назвали в честь легендарного вождя коми-пермяков

Автор: Евгений Гуляев

09.07.2012   15:48

Единственный на весь Пермский край и Россию ребенок с именем Кудым родился в Кудымкаре. Впервые за всю историю мальчика назвали в честь языческого героя, который по преданию был человеком-медведем. 

Жительница города Кудымкара Мария Кривощекова бережно держит на руках новорожденного, старательно прячет лицо малыша от камеры — чтоб не сглазили. Хотя, говорит, будущему богатырю ничего не страшно. Девушка назвала свое чадо Кудымом, в честь легендарного Кудым-оша: "Короткое, емкое имя, которое несет в себе нагрузку мужественности, честности — всего того, что нынче не хватает". 

Кудым-ош — первый вождь коми-пермяков. Приставка "ош" в переводе означает медведь. По легенде, богатырь обладал силой лесного зверя, был смелым, решительным и мудрым. Кудым-ош — эпический герой коми-пермяцких легенд и преданий. О нем было написано много книг, снят мультфильм. Как гласит легенда, именно он стал основателем города Кудымкар, который назвали в честь богатыря — Кудымкар.

И вот в Кудымкаре появился реальный человек с таким же именем. Правда, пропорции будущего богатыря пока вполне человеческие: рост — 50 см, вес — 3 кг.
Мальчик Кудым, как оказалось, единственный носитель сказочного имени. Это подтвердили и в ЗАГСе, и в архиве, который ведется с 1928 года. 

Жители Кудымкара к такой идее отнеслись скептически, своих детей бы так не назвали. "Эти имена — единственные в своем роде. Зачем реальных людей так называть?", — удивляется жительница Кудымкара Тамара Баяндина.

А мать Кудыма уверена, что сынок от эпического героя возьмет самые лучшие черты и станет настоящим лидером.

http://www.vesti.ru/doc.html?id=845197

 ( )

http://perm.rfn.ru/p/m_34731087.jpg

Спасибо Дмитрию Никитину:  http://dmnikitin.livejournal.com/75946.html

----------

-----------

Аксёновы (Оксёновы) — коми-пермяцкий род, потомки племенных князей-оксов. ''Окс'' с коми-пермяцкого языка переводится как ''князь''.

\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\

     

Кудым Ош - буквально, медведь с устья реки Ку, герой коми-пермяцких преданий, вождь-старейшина сильного рода, пам (пан), культуртрегер

Об имени Кудым-Оша существует несколько фольклорных версий: он был сильный, как ош (медведь); походил на медведя; его мать Пöвсин "Одноглазая", женщина могучая и обладающая колдовскими способностями, родила сына в результате сожительства с медведем. Согласно наиболее распространённой версии, Кудым-Ош был сыном вождя рода иньвенских коми-пермяков, который одновременно был жрецом-памом (паном), т.е. совмещал функции главы общественной, военной и культовой деятельности своего рода. После того, как отец Кудым-Оша погиб в одном из военных походов, он был избран новым главой рода и получил соответствующие знаки отличия: жезл и четырёхугольное изображение медведя, которое он постоянно носил на груди. Среди родов древних коми-пермяков род Кудым-Оша был сильнейшим, а среди вождей никто не мог сравниться с ним по силе. Кроме того, Кудым-Ош обладал колдовскими способностями: был неуязвим для топора; смертельно раненный стрелой, до трёх раз мог оживать, прижимаясь полученной раной к земле; был способен вызвать на реке бурю, чтобы отогнать нападавших врагов.

При Кудым-Оше, по его настоянию, его городище было перенесено для безопасности из низины на высокий берег реки, в местечко, носящее название "Красная Гора". Там находилось родовое святилище, и его главная жрица Потöсь или, по другой версии, Чикыш ('чикись "коса") пыталась помешать переселению, угрожая гневом божеств. Но Кудым-Ош обратился за советом к Солнцу, и оно подало благоприятный знак. В отличие от своего отца, Кудым-Ош больше прославился не военными походами, а дальними торговыми поездками, из которых он привозил товары, меняя их на пушнину. Кроме того Кудым-Ош, выступая в роли культуртрегера, распространял культурные достижения соседних народов, до этого неизвестные древним коми-пермякам, не только среди сородичей, но и по всему коми-пермяцкому краю. Так, из одной из своих поездок он привёз семена различных злаков и научил земляков выращивать хлеб. Благодаря ему же у коми-пермяков появилось железо: Кудым-Ош сам отыскал залежи руды, выплавил из неё железо и изготовил первые железные орудия. С появлением железных орудий коми-пермяки стали изготавливать долблёные лодки, до того они плавали на плотах.

В цикле преданий о Кудым-Оше доминирует сюжет о его сватовстве и женитьбе на мансийской княжне Костö. Кудым-Ош отправляется сватать княжну по совету колдуньи Потöсь (Чикыш), которая имела тайной целью погубить его, поскольку знала, что никто из отправившихся сватать Костö не вернулся назад. Все они были казнены по приказу мансийского князя, потому что, увидев невесту воочию, отказались от своих намерений. Женихов отпугивало безобразное, мохнатое, более похожее на звериное, чем на человеческое, лицо Костö. На самом деле она была красавицей, но её мать, чтобы дать дочери возможность самой выбрать жениха, мужа, обклеила лицо Костö кусочками телячьей шкуры. Настоящего лица Костö не видел даже её отец. Когда Кудым-Ош вошёл в шатёр, в котором находилась княжна, пред ним предстала девушка с прекрасными глазами, но безобразным лицом. Увидев Кудым-Оша Костö поняла, что это её суженый, она оторвала кусочек шкуры и показала, что под ней нежная белая девичья кожа. Кудым-Ош подтвердил князю своё желание жениться на его дочери. Мать очистила лицо Костö от шкуры. Сыграли свадьбу, а по возвращении Кудым-Оша в родное городище с княжной - вторую.

Кудым-Ош жил очень долго, однажды к нему приходила смерть, но он прогнал её. Наконец, предчувствуя свой конец, собрал всех сородичей и сказал, что сразу после его смерти у него изо рта пойдёт пена, ко всем, кто мизинцем соберёт эту пену, перейдёт часть его богатырской силы. По другой версии, Кудым-Ош прожил 150 лет, а перед смертью велел похоронить себя в долблёном кедровом гробу, опоясанном железными обручами, и сообщил, что когда-нибудь ещё вернётся на эту землю.

Имя Кудым-Оша носит центр его легендарных родовых земель — город Кудымкар.

В 2008 году в Кудымкаре открыт памятник национальному герою. Памятник сделан пермским скульптором Валентиной Ракишевой.

Коми-пермяцкий писатель В. В. Климов написал пьесу «Легенда о Кудым-Оше», по которой режиссёр Коми-пермяцкого национального драматического театра С. Андреев поставил одноимённый спектакль.

В 1988 году киностудией Пермь-телефильм снят мультфильм «Сказание о Кудым-Оше».

Лит.: Климов 1964, Ожегова 1971.

"Мифология коми",© ИЯЛИ Коми научного центра УрО РАН.

http://www.sati.archaeology.nsc.ru/mifolog/myth/234.htm

http://finugor.ru/node/2584

---------

http://www.finnougoria.ru/news/28417/

---

«Сказание о Кудым-Оше» :''он был избран новым главой рода и получил соответствующие знаки отличия: жезл и четырёхугольное изображение медведя, которое он постоянно носил на груди''. http://gazetaparma.ru/2012/04/26/%D0%BE%D1%82%D0%B5%D1%86-%D0%BD%D0...

---------------

''Памятник «Кудым-Ошу» установлен в 2007 году. Согласно легенде, Кудымкар основал Кудым-Ош  – сын могучей колдуньи и медведя. Он обладал магической силой: был неуязвим для топора, смертельно раненный стрелой, до трех раз мог оживать, прижимаясь раной  к земле, был способен вызвать на реке бурю, чтобы отогнать нападавших врагов. Памятник уже оброс легендами. Считается, потерев нос медведя, сопровождающего богатыря, можно исцелиться от всех болезней.'' - dalee http://gazetaparma.ru/2012/11/08/%D0%BF%D0%B0%D0%BC%D1%8F%D1%82%D0%...

-----------------------

Кудым Ош 
                 Из старинного коми-пермяцкого фольклора 

В древние времена, в прежние века, когда Иньва текла по другим местам, когда искала себе дорогу попрямее, жил-был на нашем месте крепкий, сильный народ, тёмноволосый, с кипучей кровью, а звали его чудь. Жили чуди в глуши лесной, куда другие народы дороги не знали, если только невзначай попадут, да и то обратно выйти оттуда сами не могут. Не в каменных домах, не в деревянных теремах, а в ямах жили, как мыши и кроты селятся в норах. И не знали они тогда ни топора, ни ножа, ни хлеба, ни соли. А пищу им давал тогда тёмный лес и красивые реки с озёрами, а одежду им давала парма-матушка, а тепло и веселье им давало солнце-батюшко, а вести отовсюду им приносили сороки, а силу-удаль и ум им давал их мудрый бог Ойпель и ещё другой большой бог, а болезни и горе миновали парму. Они все жили до ста лет, да и тогда их смерть не брала, тогда они сами себе смерть находили: выроют яму, забирались туда и замуровывались. 

Крепкими были чуди, медведя не боялись. А самыми сильными среди них были три брата - Купра, Май и Ош (Медведь). А самый удалой среди братьев был самый меньший - Ош. Глаза у него были такие же острые, как у кошки, ночью даже видел хорошо. Ростом был высотой в три аршина, земля ему силу и ум за троих дала. Одевался Ош не хорошо, не красиво: зимой и летом носил одежду, сшитую из соболя, на ногах - кожаная обувь; ходил с непокрытой головой - ни от дождя, ни от снега, ни от жаркого солнца, ни от лютого северного ветра не закрывал. Не так ли у него сила и ум крепли, как крепнет от лучей солнца сосна, как крепнет она от злого северного ветра - всё корнями крепится в земле и тянется вверх?

А ещё у Оша была крепкого сложения мать, большого роста и умная женщина, а если ласково сказать, так просто Пöвсин (Одноглазка). Эта женщина всех родичей держала под своим руководством, и все её слушались. А работала она наравне с мужчинами, воду носила домой большой кадкой. и не искала в гору пологих троп, а прямо по крутому берегу поднималась. И дружила Пöвсин с Ойпелем - с добрым богом чуди. С ними же жила другая женщина, с детства была знахарка, а звали её Чикыш (Ласточка). И водилась Чикыш из леса с мужиком и Сюра-пеля (Рогатый-ушастый), она умела добывать из камня огонь, могла навести наваждение, оживить человека умершего. И ещё был у Оша отец, пам чудского племени. Ходил он войной в Курэгкар и Круто-чой, бил Югру, да с одного похода его принесли убитым, похоронили у р. Кува, на высоком красивом месте, где жили боги, где жил сам Ойпель, а чудские племена молились ему да поминали умерших-убитых. А жили они тогда в урочище Сылпан.

Похоронили чуди старого пама и тут же стали выбирать себе нового пама. И сказали тогда имя нового пама - Ош, и дали тогда Ошу памскую одежду, и велели Ойпелю беречь пама от болезней и порчи, и ещё больше беречь от злых стрел и острого топора-ножа, и чтоб Ош стоял бы за них, защищал бы их жильё, народ Сылпана, хоть детей, хоть пожилых. А Ошу, новому паму, дали наказ: сделать всё так, как его отец, держать наготове стрелы.

На красивом и хорошем месте был Сылпан, да одолели там жителей злые враги, не стало от них покоя чуди. И сказал тогда Ош своей матери Пöвсин, братьям Купре и Маю и знахарке Чикыш: "Прекрасные наши места, да стоят далеко от Ойпеля, потому и не может он защитить наши родные места. А сделаем-ка мы себе новые землянки на красной каменной горе (Изъюр) перед глазами Ойпеля да под его крылья, может, он защитит нас, как тетерев своих тетеревят, как мать маленького ребёнка." Долго молчали люди с Сылпана, будто языки у них оторвали, а руки-ноги верёвками завязали. Река Иньва со слов Оша замедлила свой бег, перестала играть камешками. Да ведь нельзя и подумать так, не то что делать, рассердить бога и от него ждать возмездия. Или не знает удалой Ош; на горе Каменной место обитания богов и поминальная земля? "Пусть у него руки отсохнут, пусть нам откажут, кто посмеет в землю лопату воткнуть, кто будет тут ямы рыть",- сказала тут знахарка Чикыш, и старые люди головы повесили. А удалой пам Ош ещё раз открыл свои думы, сказал страстные горячие слова: "Люди! Кто мне дал эту палку, знак своего племени? Кто слушал меня, как свою мать? Кому не жалко головы, кто хочет отдать её врагу, пусть остаётся здесь; кто хочет жить, пусть идёт со мной на Каменную гору." 

Притих Сылпан, только Иньва стала сильнее шуметь волнами. Старая Чикыш вторично сказала: "Накажет бог, кто не слушает его, и наказанный человек будет заместо лошади и ясного солнца не будет видать." Замолк Сылпан, только Иньва бушевала, волнами смывала с берега камни. Ош поднял тогда руки навстречу солнцу, встал на колени, сказал: "О, ясное солнце! Открой ты глаза у пожилых людей, дай ты разум потерянным людям, покажи нам место, где нам жить!" 

И тут заметили чуди, как ярче стало светить солнце, как огненное, и стало посылать свои лучи на север, где стояла красная гора Каменная. "Вот где нам жить, люди!",- крикнул Ош и отправился туда. И за ним пошли молодые, за ними потянулись пожилые и взяли с собой детей. И устроили тогда чуди летнее жильё-шалаш, затем на горе выкопали ямы и обложили сосновыми брёвнами. И назвали свои новые места Ку-дын-кар (город у устья р. Ку), а молодого пама с тех пор стали называть С Ку-Медведь, и всегда так называли, и теперь все называют - Кудын- Ош (иногда Кудым- Ош).

... Пришло время жениться Кудым-Ошу. Старая Чикыш стала тогда ворчать, стала настраивать людей с Кудынкара, да готовить расправу с Кудын-Ошем за то, что не послушался её, за своенравие. И сказала тогда Чикыш вот такие слова: есть, мол, на севере быстрая река, есть, мол, там вогулы, и у них, мол, есть большой князь, добрый человек и ласковый отец. А ещё есть, мол, у него красивая дочь, как цветок золотой-купальница. А хочет, мол, её князь выдать замуж за молодого парня-удалого князя. А кто, мол, её возьмёт за себя, у неё тогда родится сын-богатырь, смелый пам, и с тех пор не будет у людей плохих дней, весело станут жить. А думал ли Кудын-Ош, желал ли своему народу что-то плохое? Разве не он говорил пожилым, женщинам и мужчинам, да малым детям как устроить хорошую жизнь? Разве не он ходил в Изкар со всеми своими самыми хорошими меновщиками и привозил новые подарки: самые хорошие собольи шкуры, давал без счёта много беличьих шкурок. Дал Кудын-Ош, да не даром дал: привёз домой тогда новый топор, новый товар - не игрушка, острые топор-нож и железный меч, да привёз не много, не мало, а целый караван лодок. А ещё сам Ош смотрел, как обрабатывают железо, а из железа выковывают всякие поделки. И с тех пор у чуди было своё железо. Стало своё железо, появилась сила большая.

Услышал Кудын-Ош про красивую девушку и сказал так: "Давай съезжу и посмотрю я на неё и сосватаю за себя: мне такая и нужна как раз, которая подарит мне сына-богатыря." А братья Оша, Купра и Май, не советовали среди чужих народностей искать невесту, советуют из чуди искать. Не послушался их Кудын-Ош - сам князь. И поступил, как ему надо. Вот и выбрал себе товарищей, сели они в лёгкие лодки и поплыли по течению реки Иньвы, где стоит Анюшкар, да где живёт его знакомый князь Анюш. Быстро плывут лодки по течению, а Кудын-Ошу надо ещё быстрее: тянет его сердце к красивой девушке, так тянет - лопнуть готово. Пришли в Анюшкар, спрашивают, как добраться к вогулам, как попасть к ихнему князю. А там им показали дорогу по Каме, против течения: поплывёте один день от темна до темна и как раз придёте в другой город. А в том городе, мол, живёт княгиня из чудского племени и знает, мол, у него, Оша, отца. Вот и направились Кудын-Ош и его товарищи к княгине, пришли поздно вечером. Пустила княгиня гостей к себе, спрашивает, куда направляется с Кудынкара пам.

Да опередила известием колдунья отсюда: придёт, мол, Кудын-Ош, которого Чикыш на погибель отправила. И жалко стало княгине молодого пама, встречает его: "Возвращайся-ка ты, Кудын-Ош, в свой город. По-ихнему ты разговаривать не умеешь - кто тебя поймёт, и кто тебе незнакомому поможет?" И ответил ей Ош: "Я ничего не боюсь и с полпути обратно не вернусь." - "Если сосватаешь её, вогульскую девушку - не возвращайся обратно, чего бы не было, а женись на ней. А если посмотришь на неё и не женишься - голову отрубят и на кол посадят. И ещё я дам тебе своего человека из ихнего рода." Дала она своего человека, который мог разговаривать и на языке чуди, и вогулов, а зовут его Ваяси. И отправился Кудын-Ош со своими товарищами в длинную дорогу, отправился в ту сторону, где в темноте сверкает луч.

Вечером привёл Ваяси Кудын-Оша в вогульский город, велел доложить о них князю. Сходили к князю, доложили о пришедших, а тот прогнал их и ничего не сказал. Пришлось Кудын-Ошу заночевать на улице возле изгороди, как бездомная собака. Утром опять доложили князю - и опять ничего не вышло. Ещё одну ночь заночевал на улице, себя кормил мошкаре и снова велел доложить князю о сватах. Убедился тогда, наверное, князь: не избавиться от Кудын-Оша, позвал его к себе, спрашивает: "Зачем ты сюда, бесстрашный человек, пришёл - жениться или мою голову опозорить?" Сказал ему в ответ Кудын-Ош: "Твоя дочь, красивая Костö, меня ждёт, и отдай её за меня, так бог велел." - "У меня на изгороди уже нет свободного кола, некуда будет твою голову посадить. Поэтому прошу: забудь про те слова, которые раньше сказал, и отправляйся домой. Многие уже сватали Костö, но никто замуж не брал: не годится, мол, она, не человек, и не телёнок." А кто не захотел жениться на такой уродине, князь отрубал у них голову. Кудын-Ош сказал князю: "Я пришёл жениться, князь, и унесу с собой не только голову, но и твою дочь. Счастье только тот найдёт, кто не побоится голову свою потерять."

Тогда приказал князь показать Кудын-Ошу невесту. Пошли Ваяси и пам в сторону шатра, где жила девушка. А шатёр этот сделан не из бересты, а из оленьих мехов, а внутри шатра ещё шатёр. Встретила пама пожилая женщина, пригласила зайти. А там на мягких шкурах лежит человек, не человек, телёнок, не телёнок: руки-ноги человеческие, а лицо покрыто шерстью, как у телёнка. Только глаза красивые, жалобно смотрят. Замерли на месте Кудын-Ош и Ваяси, языки окаменели, слова не скажут. Тогда сказала Костö по-своему, а Ваяси Кудын-Ошу на чудском сказал: "Не бойся меня, Кудын-Ош, я не такая, какую ты видишь меня сейчас.А женишься на мне, ты сам и твои люди никакой беды знать не будут." Взяла да приподняла Костö двумя пальцами у висков шкуру, а под ней белое человеческое лицо. "Пойдёшь ли ты со мной, красавица Костö?",- спрашивает Кудын-Ош. И сказала опять невеста молодому паму: "Куда поведёт меня удалой пам Кудын-Ош, повсюду с ним пойду, хоть в огонь, хоть в воду."

Очень радостный сватающийся пам подошёл к князю и сказал ему: "Я женюсь на твоей дочери, и будем мы с ней жить вместе свой век." Приказал тогда вогульский князь устроить пир. Зарезали много оленей, наловили рыбы, поймали всякой дичи, приготовили и напекли много всякого. А мать у Костö готовит дочь выдать замуж, обрабатывает ей лицо, отдирает телячью шкуру. Приклеила эту шкуру она же сама, чтобы не выдал князь дочь за нелюбимого. Два дня и две ночи к свадьбе готовились, а на третий день гостей созвали и вывели Костo к Кудын-Ошу. Идёт Костö, как лебедь плывёт, а лицо покрыто шёлковым платком. Встречают невесту родители. Князь тут и сказал: "Покажи-ка, дочь, своё лицо Кудын-Ошу." А мать тогда сказала так: "Пусть спадут волосы с твоего лица, и будешь ты, Костö, красивее всех!", - и сняла с лица дочери покрывало. И сказал тут князь-вогул: "О, мой бог! Взаправду ли ты это, Костö?" - "Это твоя дочь, дорогой князь,- сказала Костö,- прогнал бог от меня горе, и я стала красивее сестёр!" - "Пусть будет так!", - сказал князь и велел начать свадьбу. А потом Кудын-Ошу дали много подарков, дали лодки и людей, проводили молодых в Кудынкар.

Узнали в Кудынкаре о возвращении Оша и встречают своего пама и его красавицу жену, как самых дорогих, самых дюбимых детей встречает мать. Не Кува шумит-волнуется своими волнами, не парма весело шумит, не звонкая птица веселится - в Кудынкаре песни слышны, и дудки играют. Не разбойники там делят золото, не вороньё-сорочьё здесь галдит - Кудын-Ош женится на красивой девушке, чудские люди устроили большой пир. Под лучами солнца на высоком месте, возле реки Кувы, среди сосен, на зелёном цветущем лугу поставили столы, а столы накрыли белым полотним, узором украшенным. А на столе всякая еда: запечённое мясо и свежая рыба, свежее мясо, ягоды, а в туесах и чуманах тает от солнечных лучей золотистый мёд. А вокруг столов широкие стулья, да не из осины, а из красивой берёзы сделаны и все расписаны узорами...

На четвёртый день гости разошлись по домам, затихло веселье в Кудынкаре, затихли дудки, а Кудын-Ош разговаривает с народом, просит приготовить чёрный тополь, выдолбить из него лёгкие лодки и широкие карбасы, чтобы сложить в них шкуры и плыть по Иньве вниз, затем плыть вниз по Каме широкой да обменять-продать шкуры на золото-серебро; а ещё купить там новый товар-кумач и парчу, жене одежду выходную.Собрался Ош со своими людьми на юг, новые земли посмотреть, а тут пришли какие-то незнакомые люди, а лодки у них очень лёгкие и очень быстрые. А что лежит в лодке, не видно. Позвали Кудын-Оша: пришли, мол, люди и товар привезли.

Подошёл пам к берегу, посмотрел на реку, где красивые лодки, как белые гуси, рядами стоят, спросил у них по-своему: "Откуда вы, люди, с какого племени и зачем пришли?" И отвечают ему на языке Кудын-Оша: "Откуда солнце встаёт над землёй, откуда свет раздвигает тьму, там живёт добрый хан и его племя боевое. Хан послал нас на север, и мы оказались тут вот, у тебя, пам Кудын-Ош. А привезли тебе товар дорогой, а женщинам нарядную одежду, а маленьким детям угощенья, гостинцы. А что тебе надо, красивый пам, выбирай и бери всё, а дай нам взамен мягкие шкуры." Говорят так люди с лодки, сами показывают дорогой товар: и кумач, и парчу, и серьги, и кольца. Да ещё целая лодка золота. А хоть и умные были эти люди, да очень жадные: если увидят красивое, блестящее, сразу обо всём забывают, около торговцев, как молодые олени, бегают. И сам пам обрадовался приезжим, а сразу не решился к ним спуститься, вначале посоветовался со своими людьми, а они в один голос сказали, чтоб открыть крепкие ворота, впустить в город торговцев и попотчевать их вкусным мёдом. Ещё чудские люди вот что сделали: пошли рыбу ловить и отправились на охоту. И сказал тогда Кудын-Ош своим людям: "Ну-ка, откройте крепкие ворота и пригласите торговцев, затем выберите для себя нужный товар, а за товар отдайте вы всякие шкуры."

Чувствовало, знало сердце у Пöвсин: ничего хорошего не принесёт её сыну эта торговля, а не смогла уговорить людей, не смогла остановить Кудын-Оша, чтобы не открыл широко двери дома незнакомым людям. И отправила Пöвсин красивую Костö подальше от людских глаз, спрятала. А пришли чужие люди к ним, дак не бросили ни одного гроша за ихние ворота, как делали раньше другие торговцы. А как зашли они в город, дак не развернули свой товар, а взялись за стрелы и направили их прямо в сердце Кудын-Оша. Из сердца хлынула горячая кровь, и удалой пам потерял сознание. И упал тогда пам на землю, на тёплую землю, мягкую траву, прижался грудью к тёплой земле, и тут же в него влилась потерянная сила, и зажило раненное сердце. И вскочил снова на ноги пам, ищет на земле свой железный меч, но перед собой и за собой не нашёл его. А в городе нечисти-врагов всё больше становится, как муравьёв в муравейнике, и обступают его всё больше и больше. Схватил тогда пам огромную оглоблю и давай колотить по головам врагов. И тут другая стрела воткнулась в сердце молодому Кудын-Ошу, и опять пам упал на землю, и опять тёплая земля, как и в первый раз, залечила у пама сердце. Кудын-Ош встал тогда на свои ноги и увидел: чудской народ оттеснили к изгороди пришедшие и просят у них мягкие шкурки и ещё золото. В третий раз острие стрелы вонзилось паму в сердце и свалило его навзничь. Не смог теперь пам горячей грудью прижаться к земле и вылечить своё раненное сердце, взять у земли большую силу и сознание. А пришлые наступают, плетьми щёлкают, всё просят у чуди налог. И сказала тогда Пöвсин своим сёстрам, своим братьям: "Отдайте всё, что просят, не прячьте ничего. Если не отдадите, самих заберут, маленьких детей со скалы в воду бросят. А что заберут, вы этого не бойтесь: что было нашим, к нам обратно вернётся."

Вот и заполнил враг беличьими шкурками свои лодки, лисьими шкурками, а ещё туда сложили много золота и отправились по своей дороге. Далеко ли, близко ли они отплыли и стали смотреть, какое добро им сегодня досталось. Смотрят, оценивают, кровавыми руками щупают, а у них в лодках - только трава хвощ. И стали возмущаться, сцепились. как кошка с собакой, стали ругать своего хана и выговаривать ему: ты, мол, ненасытный, обдурил нас, забрал себе всё, что хорошее, а нам оставил одну траву. Пошли, посмотрели в его лодках, а там тоже никаких шкур, никакого злата-серебра. Рассердился хан, приказал обратно вернуться в чудской город и разорить его, распотрошить, как убитого гуся.

А тем временем Пöвсин и Чикыш и другие колдуньи, которые водились с рогатым-ушастым царём у жителей леса и воды, оживили Кудын-Оша и других людей. Показались у пришедших злых людей красивые лодки, Кудын-Ош схватил заранее приготовленный камень, да не маленький, а весом в двенадцать пудов, и кинул его с горы Каменной прямо в Куву. И поднялся тогда большой ветер-сильный вихрь, вражеские лодки не смогли плыть против ветра. Вышли враги на лесистый берег, а деревья с треском упали перед ними и на них и закрыли им дорогу и, придавив, убили их. Три ночи и три дня так стояли пришельцы, думали, как подойти к Кудынкару и расправиться с жителями города. Три ночи и три дня бушевал вихревый ветер, не давал поднять головы пришедшим людям. А на четвёртый день окончательно зажило сердце у молодого пама, и он повёл свой народ на лютого врага, отобрал у них стрелы-меч, а у хана оружие забрал себе. А тот, злой хан, до того испугался, чуть язык не проглотил. И взмолился к Кудын-Ошу, как к своему аллаху: "Отпусти меня, пам дорогой, домой, к моей жене и детям малым, а я за это дам большой калым." - Ничего мне не надо, злой человек, а вот забрал я у тебя оружие, а своим людям раздам ваш кумач и парчу, и кольца-серьги, и ещё целую лодку злата-серебра. А за это я дам тебе одну грамоту, она откроет тебе дорогу домой, и нигде тебя с ней и пальцем не тронут, если не будешь скандалить с людьми. А придёшь домой, так всем скажи, чтоб от ваших никто сюда со злом не приходил, а как придут - здесь и оставят головы. А кто с добром сюда придёт, привезёт нам хороший товар - мы с ним обменяемся." Заверил Кудын-Ош эту грамоту своей подписью, тут же отдал её злому хану и послал его свиту вдоль по Каме.

Сколько лет, сколько зим прошло с тех пор, мы не знаем, и снова собирается Кудин-Ош на широкую Каму, а с Камы и ещё дальше на юг, где живут богатые люди, и где много всякого товара. Собрался народ на красивый луг, где был у них бог, помолились за хорошую дорогу, удачный поход, а колдунья Чикыш дала гостинцы и Рогатому-ушастому и Водяному. Городские жители сложили в карбас все шкуры, а Кудын-Ош направился к столбу с надписями, легко натянул тугой лук - и острые стрелы вонзились в центр столба с надписями: хороша будет, видать, и эта дорога. И отправились чуди в длинную дорогу. Проводила своего сына Кудын-Оша Пöвсин, проводила своего друга-мужа, умного пама, красавица Костö, проводил своего отца Кудын-Оша и красавицы Костö удалой сын. А ещё проводили Кудын-Оша и его товарищей и пожилые люди, и маленькие дети.

Шумит лес возле Иньвы, звенит там всякими голосами дичь-птица, весело плещется вода в реке, гонит новые лодки к большой Каме. День прошёл, ночь прошла, а чуди всё плывут и плывут вперёд, вёслами направляют свои лодки. Вот и вышли на Каму, а она повела Кудын-Оша туда, где рассказывают знающие люди, живут богатые люди. Вот и луна пошла уже на убыль, затем новая родилась. Вот и кончилась дорога чудского пама, прибыли они в богатый горол. Велел показать Кудын-Ош свои шкуры, показать и сложить их перед князем. И принесли чудские люди, что есть с собой, сложили всё перед князем: возьми, мол, у нас ты, добрый человек, это добро - подарки пармы и дай нам кумач и парчу, да ещё дай злато-серебро. И приказал Кудын-Ош принести вкусный мёд, велел чудской пам потчевать доброго князя, и пили тогда пам и князь из одного туеска и вместе чмокнули губами, хвалили этот вкусный напиток.

И приказал князь принести еду-питьё, велел посадить чудской народ за стол и угостить их на славу: всем налил чарку вина, положид перед ними каравай хлеба. А Кудын-Ош, хоть и сам пам, хоть уже во многих местах побывал, а не знал того, что такое хлеб и с чем его едят. И тогда князь сказал: хлеб, мол, и хлеб, и показал, как его едят. Попробовал Кудын-Ош - не мясо, не рыба, а мягкое и вкусное. И знать бы, как его, хлеб, выращивают и откуда берут: из воды, с земли? И показал тогда князь откуда его берут, повёл за дом и показал на траву: это, мол, так растёт хлеб. И попросил тогда Кудын-Ош домой хлеб отправить. И дали ему с собой и парчу, и кумач, и всякие безделушки, и целую кучу злата-серебра. А ещё им с собой дали ржи-семян и сказали, как её сеять-растить, как муку делать и хлеб печь.

Привезли чуди в свой город ржи и ячменя, овёс и пшеницу, и стал у них тогда свой хлеб... Долго ли, нет ли, много хлеба собрал Кудын-Ош, собрал и пригласил гостей издалека, а ближнего гостя, Юксю с берегов Кэс, совсем забыл. Узнал об этом Юкся, очень обиделся. А как обиделся, пошёл битвой на Оша, чтобы отнять у него хлеб. И разозлился Ош, приказал народу точить топоры и ножи взять покрепче сабли и намазать острые стрелы сильным ядом и повёл народ против врага да на чудского же пама, с реки Кэс пама Юксю... Не сберёг ни Ойпель, ни большой бог. Не сберёг, не остановил ни Кудын-Оша, ни старого Юксю. Встретились возле реки Кэс, как нож и камень: один не может резать, а другой не режется. Ни дня, ни ночи не знают, всё дерутся, земля под ногами дрожит, тайга кряхтит, а кровь ручьём бежит в реку Кэс, красит чистую воду в красный цвет.

Три ночи, три дня дрались, все с ног свалились: кто от топора-ножа, кто от острого меча и острого копья, а кто от усталости. Остались на горе два человека: Кудын-Ош и старый Юкся. Встретились они, как злые собаки, уставились друг на друга. Попытался было ударить старый Юкся своим мечом, да руки не поднимаются, висят, как плети. Хотел было воткнуть меч Юкся в живот Кудын-Оша, да как окаменел, двинуться не может. Поднатужился Юкся, последние силы собрал, поднял меч, и меч из рук упал, в землю воткнулся, а сам упал навзничь, протянул руки к Кудын-Ошу, схватил за горло. По-своему понял это Кудын-Ош: Юкся, мол, мириться хочет с ним, а не драться. И опустился он на колени, пожал ему руку и сказал: "Много народу ты убил у меня, злой пам. Разорвать бы надо тебя за это за ноги, отрубить сильные руки, да видит Ойпель - раскаиваешься ты и первым мне протянул руки, живи тогда, сколько тебя земля будет носить, и никогда больше в Кудынкар не являйся. А я ещё слово скажу: никогда я не приду сюда войной и так тоже скажу своему народу. Пусть так будет с этих пор и дальше."

И затем чуди перестали друг с другом драться, а Кудын-Ош всем хлеба дал: и Купре, и Маю, и Кэчу, и Палю, и Юксе, и князю Анюш, и другим. И вспоминали за это Кудын-Оша чуди всегда добрым словом, и мы об этом тоже так скажем. А прожили чуди сто лет и сто зим каждый, а Кудын-Ош прожил столько да ещё полстолько и только потом к нему смерть пришла. Стал умирать Кудын-Ош, позвал к себе своих людей, сказал: "Когда я умру, положите меня в гроб, сделанный из кедра, а вокруг гроб окуйте железным обручем, крепко закройте, чтобы ни одной капли воды туда не попало. А я посплю, сколько мне понадобится, и снова проснусь. А проснусь, так ещё лучше вам устрою жизнь. Но и вы не живите впустую, ищите дорогу к своему счастью и не воюйте с добрым народом, дружите с ними." Сказал так чудской пам Кудын-Ош и уснул крепким сном. И долго-долго чуди ждали, когда он проснётся и даст людям лучшую жизнь.

Важся каддэзö, кöр Иньва юыс котöртöма эшö мöдiк местаöт - кошшöма веськытжык туй, олöма-вöлöма миянладорын вына йöз. И шуöмась этö йöзсö чуд увтыр. Олöма сiя вöр пыдöссэзын, кытчö мöдiк йöззэс и туйсö абу тöдлöмась, только разь казявтöг шедасö.

Поздiсьöма чуд увтырыс, кыдз шыррез да муошшез, гуэзын, сьöд му пытшкын. И морттэс абу тöдлöмась не чер, не пурт, не нянь, не сов. Сёян-юансö нылö сетлöмась вöрыс да ваыс, шонытсö да гажсö - шондi, а бытшöм ен Ойпель вашöтлöма ны дынiсь шогöттэз, пöрöс да берся умöльторсö.

Бура паськалöма чуд увтырыс, уна горттэз пуксьöтлöма сiя Иньва ю дорö, а öтiк увтыр ны коласiсь олöма Сылпан мыс вылын.

Чожöсь да повтöмöсь сэтöн отирыс вöлöмась: ылiсь вöррезöт ветлöтöмась и дорйисьны кужöмась. А медвынаöн асьнысö мыччалöмась куим вон, чудскöй памлöн зоннэз - Купра, Май да Кудым.

Кудымыс вöлöма ош кодь вына, сысянь и шуöмась сiйö Кудым-Ош. Вöлöма мортыт куим аршин сувда, муыс сылö вынсö да мывкыдсö куим мортлiсь сетöма, а синнэс и ойнас тупкася буржыка адззöмась.

Пасьтасьöма сiя не бура, не басöка, а тöв и гожум новйöма кучиккезiсь вурöм паськöм да кöмкöт, а юрсö не зэрсянь, не лымсянь, не шондiсянь, не лёк тöвсянь абу сайöвтлöма.

Кудым-Ошлöн вöлöма ён высина мам - ыджыт мыгöра да мывкыд юра инь, кöдö шуöмась Пöвсин. Сiя быдöс родсö ас кипод увтас видзöма, и быдöнныс сiйö кывзöмась. Ачыс уджавлöма мужиккескöт тшöтш, гортас ыджыт кринкаöн ва кайöтлöма да абу кошшывлöма лаб каянiнсö, а кайлöма крут берегас веськыта.

Пöвсин бура радейтöма Ойпельöс - чудскöй отирлiсь добрöй енсö, и эта понда Ойпель пыр отсавлöма сылö.

Ныкöт жö олöма мöдiк инь - уна тöдiсь Чикыш. Сiя учöтсянь велалöм веськöтчыны да тшыкöтчыны, кужлöма изiсь шедтыны бичир, вийöм мортöс ловзьöтлöма. Тöдчывлöм Чикыш вöрись дядькöт - Сюра-пелякöт и вермывлöм пöртмавны мортлiсь синнэз.

Кудым-Ошлöн айыс, Сылпанiсь пам, ветлывлöм войнаöн мöдiк увтыррез вылö: Курöгкарö и Круто-чойö, Кама дорö и Юграö. Öтiк ветлансянь сiйö вайöтöмась кулöмöн, и нельки Пöвсин иньыс - Ойпельöс бура радейтiсь, да уна тöдiсь Чикыш абу вермöмась ловзьöтны сiйö.

Дзебöмась памсö Кува дорö, Изъюр мыс вылö, кытöн вöлöма еннэзлöн горт. Чудскöй увтыр сэтöн юрбитлöма еннэслö да касьтывлöма кулöм-вийöм отирöс.

Дзебасö сылпанса пöрись памнысö да пондасö бöрйыны виль памöс. И керасö памнас Кудым-Ошöс. Сетасö сылö памскöй паськöм да пас, бура юрбитасö Ойпельлö, тшöктасö берегитны Кудым-Ошöс пöрöссянь да тшыкöтöмсянь, а эшö ёнжыка берегитны лёк ньöвъёссезсянь да лэчыт пуртсянь.

А сыбöрын и том памлö висьталасö, медбы сiя сiдз жö бура, кыдз и пöрись памыс, дорйис нылiсь гортнысö да отирсö, челядьöс и пöрисьöс, медбы сылпанса лэчыта видзисö шодззезнысö, а ньöвъёссез медбы прокод вöлi мавтöмöсь бильöн.

Гажа местаын Сылпаныс сулалöма, но öдöлейтасö сэтiсь олiссесö враггез: то сёян да паськöм мырддясö, то нывкаэзöс нуöтасö. И шуас сэк Кудым-Ош мамыслö да воннэслö, и уна тöдiсь öикышлö, и быдсöн увтырыслö:

- Миянлö колö мунны эстiсь. Вайö керамö аслыным виль горт - керамö кар гöрд Изъюр вылас, Ойпельыс син одзö да сы борд увтö, ась сiя доръяс миянöс, кыдз мам учöт пияннэзöс.

Чöлiсö отирыс, бытьтö кыввезнысö нылiсь нетшкисö, эз и вöрзьöтчö, дзик кикокнысö ойтöв кöстiс. Нельки визыв Иньва сувтчисмоз, дугдiс визлачас галянас орсны. Эд сiдз и думайтны оз туй, нетолишто керны! Али оз тöд Кудым-Ош, что Изъюр вылас вексö вöвлi еннэзлöн оланiн да касьтiсян му? Лöгасяс Ойпель и вермас мыжйыны быдсöн увтырсö.

Тöдiсь Чикыш висьталiс:

- Ась киэс косьмасö сылöн, кин лыьтас еныслiсь мусö вöрзьöтны!

Пöрись отир юррезнаныс гогинялöны: бура пö баитö Чикыш, ны моз думайтö. Но Кудым-Ош оз кывзы тöдiсьсö, ассис баитö:

- Отир! Тiйö сетiт меным асланым увтырлiсь пас. Тiйö кöсйит кывзыны менö, кыдз челядь ассиныс аймам. Кинлö абу жаль юрыс, кин мöдö сiйö врагыслö сетны - ась кольччö татчö. Кин мöдö овны, ась мунас мекöт Изъюрас.

Чöлiс Сылпан, только Иньва ю öддьöнжык пондiс гыасьны да горавны визлаччезас.

Тöдiсь Чикыш мöдпырся шуас:

- Еныс мыжъяс, кöдна мунасö, и нiя вексö нёльподöн пондасö кыскасьны.

Чöлiс отирыс, только Иньва ю горзöмöн горзiс, пельдöтлiс гыэзнас берег дорись иззэсö да кылöтiс сьöрас.

Сэк Кудым-Ош нюжöтас киэсö шондi паныт да кеймисьöмöн горöтчас:

- Мича шондi! Осьт жö морттэслiсь синнэсö, сет нылö вежöрсö да мыччав, кытöн овны!

И сэтöн чудскöй увтыр казялас, кыдз шондiыс югдöтö Изъюр керöссö.

- Ачыс шондiыс мыччалö, кытöн пондам овны! - висьталас Кудым-Ош да иньдöтчас сэтчин, Кува ю дорас. А сы бöрсянь мунасö томмес и кыссясö пöриссес. И керасö сэтчин аслыныс виль горт, йöръясö сiйö вылын йöрöн-заплотöн. И шуасö чуддэз ассиныс виль гортнысö Кудым кар.

И висьталас сэк Кудым-Ош:

- Горт миян шогмис бур. Öнi колö ветлыны Изкарö - асланым воннэз дынö.

Босьтас Кудым-Ош бур козин да гöснеч и ветлас Изкарö, ваяс сэтчинiсь кöртовöй черрез, пурттэз да ньöвьёсь йыввез. А эшö тöдас мыйись сэтчин кöрт керöны и кыдз кöртсис чер-пурт дорöны. Сэксянь Кудымкарын лоас асланыс кöрт. Лоас кöрт - лоас бур олан, лоас ыджыт вын.

Локтас кад гöтрасьны Кудым-Ошыслö.

Уна тöдiсь Чикыш висьталас сылö:

- Ойланяс эм визыв ю, а эта ю пöлöт олö вогул увтыр. Эта увтырлöн эм ыджыт князь, а князьыслöн эм ныв - шуöны Костö. А кин пö босьтас сiйö ас саяс, сылöн чужас зон-богатырь... Ветлы-ко, Кудым-Ош, корасьны сiйö.

Кылас Кудым-Ош вогульскöй ныв йылiсь и шуас:

- Ме верита тэныт, пöрись Чикыш, и ветла сэтчин корасьны. Меным иньöс сэтшöмö и колö. Чужтас сiя богатырьöс, и мийö сыкöт некинлö сэсся ог сетчö.

- Сiдз и лоас, Кудым-Ош. Тэрмась корасьны, медбы эз одзав кинкö.

Бöръяс Кудым-Ош аслыс ёрттэзöс, пуксясö нiя виль пыжжезö да уясö Иньва кывтытö, кытöн Анюшкар сулалö. Сэтöн олö Кудым-Ошлöн тöдса пам - Анюш.

Кокнита, дзик дзодзоггез, уйöны пыжжес, а том памлö колö эшö перытжыка: пондiс кыскыны сьöлöмыс вогульскöй ныв дынö. Вот и тэрмöтö ёрттэсö, шоччисьны оз сет.

Локтасö Анюшкарö, юасясö, кыдз мунны вогуллэз дынö. Анюш велöтас:

- Каят Кама кузя ва паныт быдса лун, рытнас локтат ыджыт карö. Сiя карын памöн инька пукалö. Миян увтырись жö. Сылiсь и юасят одзланись туйсö.

Локтас Кудым-Ош Кама дорись карö, юасьö, кыдз вогуллэзö сюрны. Инька-пам тöдö, мый сэтчин том пансö видзчисьö, и панласьны кутчас:

- Берт-ко, Кудым-Ош, гортат, сiдз буржык лоас. Ны моз тэ баитны он куж - кин тэнö вежöртас и кин отсалас? Юртö колян сэтчин.

Кудым-Ош висьталас:

- Ме немись ог пов и эг велав джын туйсяняс бертлыны. Верман кö, дак отсав.Адззö инька-пам: он вермы бергöтны этö мортсö. Вот и шуö:

- Сэк кывзы, мый висьтала, и висьталöмöс прокод юрат видз. Корасян кö вогульскöй нывсö - бöр эн керсьы. Мый бы эз вöв, а гöтрась сы вылын. Эн вунöт: мый бы эз вöв, а гöтрась. Кöр видзöтан сiйö да он понды босьтны - юртö орöтасö да майöг вылö кышаласö. А ме сета тэныт ассим мортöс - туй мыччалiсьöс. Сiя и ны моз кужö баитны.

Узяс сэтöн Кудым-Ош, и ашынас сiйö туй мыччалiсь морт Ваяси нуöтас сы ладорö, кытöн орсö ой югöр.

Дыр нiя уясö юэз кузя, сэсся мунасö подöн да вöлись локтасö вогульскöй карö. Кудым-Ош иньдöтас Ваясисö князьыс дынö, тшöктас висьтавны ас йывсис: локтiс пö тэ дынö чудскöй пам. Висьталас мортыс, но асныра князь вашöтас сiйö и тшöктас пöднавны карö пырансö. И ковсяс Кудым-Ошлö узьны öтöрас, йöр бокын, кыдз горттöм понлö.

Асывнас чудскöй пам бöра иньдöтас Ваясисö князьыс дынö, и бöра нем оз пет.

Эшö öтiк ой узяс öтöрас, и Ваяси мунас князьыс дынö куимöтпыр.

И сэк вежöртас гордöй вогул, что чудскöй пам эшö сысся асныражык, и лэдзас сiйö дынас.

- Мыйлö татчö локтiн - гöтрасьны али менчим юрöс серавны? - лöгöн юалiс сiя.

- Мöда гöтрасьны тэнат ныв вылын, Костö вылын, - шуас паныт Кудым-Ош.

Эта вылö серöмтчас князь:

- Менам йöрын сэсся абу простöй майöггес, некытчö лоас тэнчит юртö кышавны. Сiйöн кора: вунöт нiйö кыввесö, кöднö меным висьталiн, и мун гортат.

Кудым-Ош мöдпырся висьталас:

- Ме локтi гöтрасьны, князь, тэнат ныв вылын. И нуöта сьöрам не только юрöс, но и тэнчит нывтö. Шудсö только сiя адззас, кин оз пов ассис юрсö öштыны.

Уна йöз корасьлöмась ни Костöсö, да некин абу босьтöма: нёштöм пö сiя, кыдз кин и эм - не морт, не кукань. И быдöнныслiсь, кин корсьлöм, князь керавлöма юррезнысö.

Тшöктас князь мыччавны том памыслö нывсö.

Мунасö Кудым-Ош да Ваяси чумö, кытöн нывкаэс олöны. А чумыс вевттьöма не банöн, кыдз мöддэс, а кучиккезöн, да пытшкас эшö мöдiк чум.

Панталас том памöс пöрись инька, пыртас пытшкас. Сэтчин небыт кучиккез вылын пукалö морт не морт, кукань не кукань: киэс, коккес - мортлöнöсь, да чужöмыс гöна - мöслöн и эм. Только синнэс басöкöсь, норöнмоз видзöтöны.

Тувдiс местаас Кудым-Ош, кылыс öм пытшкас кынмис - шы оз сет.

Висьталас ас мознас Костö, а Ваяси чудскöй кылöн Кудым-Ошлö шуас:

- Эн пов меись, Кудым-Ош: ме не сэтшöм, кытшöмö часöт адззан.

Кутас Костö чепöльнас да нетшкöвтас гöна рожасис пилим, а сы увтын - морт кучик.

- Мунан я мекöт тэ, Костö? - юалас Кудым-Ош.

Костö висьталас:

- Ме тэкöт кöть кытчö муна.

Кудым-Ош бертас князь дынö и шуас:

- Ме гöтрася тэнат ныв вылын.

Вогульскöй князь тшöктас керны ыджыт пир. Начкыласö кöррезöс, кыясö чери да быдкодь кайезöс, пуасö да пöжаласö сёянсö быдса керöс.

Эта коста князьлöн иньыс нывсö жöник сайö лöсьöтö, чужöмсö сылiсь чышкö да миссьöтö, мöс кучиксö яй бердсис кыртöтö. А лякöтлöма сiйö личинасö нылыс чужöм вылö ачыс мамыс, медбы асныра князь эз сет нывкасö нелюбöй сайö.

Кык лун да кык ой ыджыт пир кежас лöсьöтчасö, а куимöт лунас гöссез öксясö.

Петкöтасö невестасö чумсис. Мунö Костö - дзик юсь уйö. Чужöмыс шёлковöй вевтöсöн вевттьöма.

Князь сэтöн и шуас:

- Мыччав-ко, ныв, ассит чужöмтö жöникытлö да и йöзыслö.

Мамыс молитва моз лыддьöтас:

- Ась усяс тэнат чужöм вылiсь гöныс и лоан тэ, Костö, басöк чужöма!

И кульыштас нылыс чужöм вылiсь вевтöссö.

Диво кутас князьсö:

- Тэ я этö, Костö?!

- Этö ме, тятю, - шуас Костö. - Еныс вашöтiс менчим шогöтсö, и ме лои сойезöся басöкжык!

- Мед лоас сiдз! - шуас князь да тшöктас пондöтны ыджыт пирсö.

Сыбöрын Кудым-Ошлö сетасö уна козин, пыжжез да отирöс и кольлаласö том гозъясö чудскöй муэзö. А медбы туй вылас Костö эз вомдзась, сылiсь чужöмсö бöр лякасö гöна кучикöн.

Локтас Кудым-Ош Кува ю дорö, панталас сiйö Пöвсин, юалас зоныслiсь:

- Кыдз нö шуöны ичмоньнымöс?

- Костö сылöн нимыс, - висьталас том пам.

- Косьтö? Косьтас сiя тэнö и миянöс öтлаын! - горöтчас Пöвсин да осьтас ичмоньлiсь чужöмсö и сэк жö дöвкас зоныслö: - Ылiсь вайöтiн, а баля рожа тай инö?

- Тэ бурджыка видзöт да вöлись висьтав, - шуас Кудым-Ош мамыслö и сы шогъя гусьöн кульыштас Костöлiсь личинасö.

Пöвсин гуддьыштас синсö, видзöтас нывка вылö, ошкас сылiсь басöксö:

- О-о, сыви татöн некин абу!

И эшö юалас Пöвсин:

- Кыдз пондан шуны менö и ыджытöн али учöтöн татöн лоан?

Костö шуас:

- Кытчöдз ловъя лоан, мамöн понда шуны и тэсся ыджытжыкö ог пуксьы.

Гленитчас Костö пöрись мортыслö басöкнас и баснинас, и сiя ки пöлöттяс пыртас нывкасö карас.

Видзчисясö кудымкарса, кöр чужас виль тöлiсь, и керасö свадьба. Веж лудовка вылö ольсаласö небыт кучиккез да тэчасö сэтчö быдкодь сёянсö: яй пöжалöмö и уль яй, чери пуöмö и уль чери, берся чöскыт ягöд да турун, сувтöтасö туиссэз да чуманнэз маöн.

Уна гöсь сэтöн пукалö - ылiсь и матiсь чуд увтыр: Иньвайылiсь кык вон Паль и Кöч, Иньва кывтытiсь Анюш, Кува ю дорын олiссез и Велва дорись отир, Кöс ю дорись Юкся пам зоннэзнас. Костöкöт ордчöн пукалöны Купра да Май, Пöвсин да Чикыш.

Куим лун гажöтчас Кудымкар, нёльöтас мунасö гöссес гортаныс, и Кува ю дорын лöньсяс пöлян горыс да сьылöмыс, бöра пондöтчас пырся олан.

Мöдiк виль тöлiсьö Кудым-Ош тшöктас лöсьöтны пыжжез, медбы петны Кама вылö да кывтны увланьö и сэтчин вежны кучиккез золото да серебро вылö, вайны инь пöлöслö мöдöтчаннэз.

Лöсьöтчасö кудымкарса виль муэз видзöтны, а ны ордö тöдтöм отир локтасö. Пыжжез нылöн кокнитöсь да зэв басöкöсь, а пыжжезас - берся товар.

Петас Кудым-Ош ны дынö, юалас:

- Киннэз тiйö, отир? Кытшöм увтырись и мый вайитö?

Йöз отир шуöны:

- Кысянь шондi петö, сэтчин олö добрöй хан да сылöн отир. Хан иньдöтiс миянöс тэнат гортö, Кудым-Ош. Вайим тэныт ньöввез да ёссез, инь пöлöслö паськö

http://www.komi.com/folk/myth/69.htm

Источники: 

1. http://www.finnougoria.ru/community/folk/9/detail.php?IBLOCK_ID=46&...
1. Заветный клад: Избранная коми-пермяцкая народная проза и поэзия (перевод с коми-пермяцкого и сост. В.Климова); 2-еиздание. - Кудымкар, 2007. 
2. http://folk.perm.ru/publ/6-1-0-11 

----

Коми - пермяки. По заветам Кудым-Оша http://www.youtube.com/watch?feature=player_embedded&v=M-d09cq_X2A

---------

БОГАТЫРЬ КУДЫМ-ОШ 

Легенда
Пересказал В. Климов
Перевел В. Муравьев
Давным-давно, когда Иньва-река еще текла не тем путем, каким течет теперь, жил на ее берегах могучий народ - чудь.
Не знали чудины ни хлеба, ни топора, жили они среди дремучих лесов, в землянках, словно кроты или мыши. Тайга с чистыми реками и светлыми озерами давала им еду и одежду. Солнце дарило тепло. Добрый бог Войпель хранил их от болезней и несчастий. Жили чудины по сто лет, были они крепкие и сильные, как медведи в их лесу.
Самыми сильными в чудском роде - увтыре - были три брата - Купра, Май и Ош, сыновья чудского вождя - пама и мудрой женщины по имени Пэвсин.
А среди трех братьев самым ловким и удачливым был меньшой брат, Ош. Глаза у Оши зоркие, как у ястреба, черной ночью он видел лучше совы, ростом был в три аршина, а сила и разум были ему даны втрое против других людей. Зимой и летом ходил Ош с непокрытой головой, не боялся он ни дождя, ни снега, ни жаркого солнца, ни злых северных ветров. Потому и звали его Ош - что значит медведь.
Матери Оша, Пэвсин, мудрой и проворной женщине, покровительствовал сам Войпель. Весь увтыр ее уважал, и все ее слушались. Трудилась Пэвсин наравне с мужчинами, и когда несла воду с реки в тяжелой корчаге, то не искала пологого подъема, поднималась на берег по круче.
Отец Оша, пам чудского племени, пошел войной на Курэгкар и Круточой; в этом походе он был убит.
Была у чудского рода ведунья Чыкыш, которая зналась с рогатым лесным царем Сюрапеле. Она умела оживлять мертвых, из камня огонь добывать и людям глаза отводить. Но даже Чыкыш не смогла оживить пама: много времени прошло, как он умер.
Похоронили пама возле Кудвы-реки, на Изъюре - каменистой круче, где было чудское мольбище - жилище богов и самого Войпеля.
Похоронили старого пама, надо выбирать нового. Люди назвали Оша.
Обрядили Оша в памскую одежду, стали молиться, просить Войпеля уберечь нового пама от болезней, от порчи и колдовского сглаза, от вражеских стрел и ножей. Потом дали молодому паму наказ, чтобы правил он чудским родом - увтыром - так же, как его отец, старый пам: охранял чудинов, и старых и малых, защищал их очаги, всегда наготове держал острые копья и стрелы с наконечниками, смазанными ядом.
Чудское селение находилось на открытом месте за болотом, в стороне от мольбища. Хорошее это было место, веселое, но часто нападали на него соседские племена, и трудно было защищать неукрепленное селение.
И сказал Ош своим братьям Купре и Маю, и своей матери Пэвсин, и ведунье Чыкыш, и всем людям:
- Давайте построим свои жилища на красной круче Изъюра, за пазухой у Войпеля, пусть он сторожит нас, как тетерка своих птенцов, как мать свое дитя.
Молчали люди, как будто онемели их языки, сидели неподвижно, будто отнялись у них руки и ноги. Даже Иньва-река замерла, перестала играть галькой. Разве не знает удалой Ош, что Изъюр - жилище богов? Разве не знает он, что великий бог Ен покарает всякого, кто посмеет осквернить священное место?
Ведунья Чыкыш сказала:
- Пусть отсохнут руки и отнимутся ноги у того, кто потревожит жилище богов!
Старики согласно склонили седые головы.
Но не согласился с ведуньей молодой пам.
- Люди! - сказал он. - Вы дали мне этот посох - знак вождя, вы обещали слушаться меня, как дети свою мать. Пусть же те, кому не дороги их головы, остаются здесь, а кто хочет жить, идемте со мной на Изъюр.
Молчали люди, только Иньва-река заволновалась, забурлила на перекатах.
Старая Чыкыш сказала в раздумье:
- Бог покарает всякого, кто пойдет против его воли, и будет тот ползать на четвереньках всю жизнь и не увидит больше светлого солнца.
Молчали люди, только Иньва-река яростно ревела и билась волнами о берег, унося с собой камни.
Тогда Ош протянул свои могучие руки к солнцу и сказал:
- Ясное солнце, открой людям глаза, дай им разума, покажи, где надо жить!
И тут люди увидели, как засияло солнце и ярко осветило крутой обрыв Изъюра.
- Солнце указало, где нам жить! - воскликнул молодой пам.
Чудины вслед за Ошем пошли на Изъюр. Построили они там селение, сначала поставили шалаши, потом вырыли землянки, огородили их сосновым заплотом и назвали селенье Куд дым кар, то есть город на реке Куд, а молодого пама стали называть Кудым-Ошем.
Настало время Кудым-Ошу жениться.
Сказала ему старая Чыкыш:
- На далекой быстрой реке живут вогулы. Правит ими большой князь, и есть у князя дочь Костэ, прекрасная, как золотистый цветок горадзуль-купава. Кто возьмет в жены вогульскую княжну, тому родит она сына-богатыря.
Захотел Кудым-Ош жениться на вогульской княжне. Нагрузил он лодку собольими и горностаевыми шкурками в подарок вогульскому князю, выбрал себе помощников и отправился вниз по Иньве-реке.
Плывет лодка легко и быстро, как гусь, а Кудым-Ошу все кажется: медленно; торопит он гребцов, были бы крылья - птицей полетел бы к вогульской княжне.
Доплыли до Анюшкара, где правил пам Анюш. Спросил Кудым-Ош дорогу к вогулам. Ответил Анюш:
- Плыви вверх по Каме целый день, вечером приплывешь к крепости, где правит женщина-пам. Она укажет тебе дорогу дальше.
Приплыл Кудым-Ош к женщине-паме, стал спрашивать у нее дорогу к вогулам. А женщина-пам знала, что грозит Кудым-Ошу у вогулов гибель. Жалко ей стало молодого пама, отговаривает она его:
- Не ходи туда, Кудым-Ош. Ты там чужой, языка не знаешь, кто тебе поможет? Пропадешь!
Но Кудым-Ош ответил:
- Я ничего не боюсь и с полпути возвращаться не привык.
Видит женщина-пам - не отговорить ей богатыря, покачала она головой и говорит:
- Тогда запомни, что я скажу. Согласится князь отдать за тебя дочь, женись на ней, не отступай, что бы ни случилось. Запомни: что бы ни случилось! А откажешься от нее - пропадешь. Даю тебе в проводники моего человека Ваякси. Он дорогу знает и по-вогульски говорит.
Поблагодарил Кудым-Ош женщину-пама и на другое утро отправился туда, где мерцал холодный полуночный свет.
Долго плыли чудины по Каме, Ваякси указывал им путь.
Наконец приплыли к вогульскому городищу.
Послал Кудым-Ош Ваякси к вогульскому князю сказать, что прибыл чудской пам. Но гордый князь не захотел принять чудина, велел запереть ворота. Пришлось Кудым-Ошу со своими людьми ночевать под стеной, как бездомной собаке.
На другой день снова послал Кудым-Ош Ваякси к князю, снова не принял их князь, снова ночевали чудины под открытым небом, терпя жестокие муки от гнуса. Но когда в третий раз послал Кудым-Ош Ваякси к князю, понял гордый князь, что чудской пам не отступится, и велел привести его к себе.
- Что тебе нужно? - спросил он богатыря.
- Я хочу взять в жены твою дочь, красавицу Костэ, - ответил Кудым-Ош.
Усмехнулся князь:
- У меня не осталось в изгороди пустого кола для твоей головы. Забудь свои слова и убирайся.
- Не уйду, - сказал Кудым-Ош. - Только тот найдет свое счастье, кто не боится голову потерять.
- Много женихов сватались к Костэ, но ни один не захотел жениться, увидев ее, - сказал князь. - Наша Костэ - страшное чудище, не человек, не телка.
Смутился Кудым-Ош, но вспомнил слова женщины-пама и сказал:
- Я приехал сюда за твоей дочерью и без нее не уеду.
- Ну, как знаешь, - сказал князь. - Проведите гостей в девичий чум.
Был тот чум покрыт не берестой, как другие, а оленьими шкурами, и внутри этого чума стоял другой чум.
Вошел Кудым-Ош и остолбенел: лежит на мягких шкурах что-то черное, волосатое, только глаза у этой твари светлые и очень печальные.
Заговорила Костэ по-вогульски, Ваякси перевел Кудым-Ошу:
- Не бойся меня, Кудым-Ош, я не такая, как ты видишь.
- Поедешь со мной в чудские земли, прекрасная Костэ? - спросил Кудым-Ош.
- Я всюду поеду с тобой.
Пошел Кудым-Ош к князю и говорит:
- Я женюсь на твоей дочери.
Велел князь готовиться к свадьбе. Закололи много оленей, наловили в реке рыбы, настреляли в лесу птицы, наготовили угощения целую гору.
Жена князя тем временем дочь к свадьбе готовит, снимает с нее коровью шкуру, умывает и наряжает. Коровью шкуру она сама на дочь надела, чтобы не выдал князь Костэ за кого попало.
Два дня и две ночи готовились к свадьбе, на третий день собрались гости. Вывели няньки из чума невесту, идет она, словно лебедь плывет, а лицо закрыто покрывалом.
Князь приказал:
- Открой, дочка, лицо, покажись жениху.
Жена князя торжественно сказала:
- Пусть рассеется колдовство и Костэ станет красавицей!
Она откинула покрывало с лица дочери.
- Ты ли это, Костэ? - воскликнул князь.
Костэ ответила:
- Чары рассеялись, отец, и я стала красивее сестер моих.
Начался свадебный пир.
Потом дали Кудым-Ошу много подарков, дали лодки и людей и проводили молодых в дальнюю дорогу.
Дома Пэвсин со всем увтыром вышла на берег встречать сына и его красавицу жену.
Когда на небе показался молодой месяц, начали играть свадьбу на Изъюре.
На зеленой лужайке расстелили выбеленные и дубленые узорные шкуры, на шкурах расставили угощение - мясо сушеное и печеное, рыбу сырую и вареную, съедобные травы, сладкие ягоды, душистый мед в туесах. Много наехало гостей: пам Анюш, с Иньвы-реки два брата, Паль и Кэч, с Косы-реки князь Юкся. На почетных местах, рядом с женихом и невестой, сидели Купра и Май, Пэвсин и ведунья Чыкыш. Три дня гуляла чудь, потом гости разъехались.
Задумал Кудым-Ош торговать с другими землями. Велел он построить легкие и широкие лодки, нагрузить их звериными шкурами и собрался плыть на юг, чтобы обменять там шкуры на оружие, ткани и украшения.
Но чужеземцы опередили Кудым-Оша, первые приплыли со своими товарами. Кликнули дозорные Кудым-Оша, вышел он на берег, спрашивает гостей, с чем прибыли. А они своего товара не показывают, говорят:
- Там, где восходит солнце, живет наш добрый хан. Он послал нас к тебе, Кудым-Ош. Мы хотим выменять у тебя меха и шкуры, у нас есть на обмен богатое оружие для тебя и твоих воинов, дорогие ткани и украшения для женщин, сласти для детей.
Стали они показывать мечи и копья, кумач и парчу, серьги и кольца. Обрадовался Кудым-Ош гостям, но не хотел впускать их за ограду - в городе было в ту пору мало защитников, все лесовать да рыбачить ушли. Но народ стал просить впустить купцов. Вошли они в город, но не бросили, по обычаю, в воротах ни одной монеты, не раскрыли своих коробов с товарами, а схватились за мечи и луки.
Первая стрела пронзила сердце Кудым-Оша. Брызнула кровь, упал богатырь на землю, прижался к ней могучей грудью, и от соприкосновения с матерью-землею зажила рана, вернулась сила к Кудым-Ошу. Вскочил он на ноги. Не нашел своего копья, схватил тяжелую жердь, стал ею бить врагов.
Другая стрела ударила Кудым-Оша в грудь. Опять упал он на землю, и опять земля предков дала ему свою силу. А от третьей стрелы упал Кудым-Ош на спину, не может он прижаться сердцем к родной земле, не может залечить рану.
Стали враги требовать с чудин дани. Сказала старая Пэвсин:
- Дадим им, что они требуют, не будем ничего таить. Не отдадим добром, они возьмут силой, да еще самих заберут, а детей в реку побросают. Несите свое добро, не жалейте, наше к нам вернется.
Принесли чудины дорогие меха. Наполнили враги до краев свои легкие лодки и оставили городище. Недалеко они отплыли, стали добычу делить, глянули - а в лодках один камыш. Разгневались, повернули обратно к городищу.
Тем временем ведунья Чыкыш оживила Кудым-Оша и других воинов.
Увидел Кудым-Ош, что возвращаются вражеские лодки, схватил камень в двенадцать пудов и бросил его в реку. Поднялась страшная буря, опрокинула лодки. Выбрались враги из воды, двинулись к городищу, а буря на их пути деревья валит, дорогу загораживает. Три дня бушевала буря, три дня не могли враги подступиться к городищу. На четвертый день повел Кудым-Ош своих воинов на врагов. Начался бой. В том бою Кудым-Ош многих взял в плен и среди них самого атамана. Упал атаман в ноги Кудым-Ошу:
- Отпусти меня, пам, к моим женам и детям, я тебе заплачу богатый выкуп!
- Ничего мне не надо, кроме оружия.
Отобрал Кудым-Ош у пленных оружие, роздал своим воинам, а ружье атамана взял себе. Потом поставил на бересте свой знак, отдал бересту пленным и отпустил их на все четыре стороны.
Прошло некоторое время, и Кудым-Ош вновь собрался в южные земли, в устье Камы и еще дальше. Перед дорогой собрались чудины на мольбище. Чтобы путь был счастливым, принесла ведунья Чыкыш угощение мудрому Войпелю, лесному царю Сюрапеле и водяному Вакулю.
Потом Кудым-Ош пошел на могилу своего отца, старого пама, натянул тугую тетиву и пустил стрелу в большую сосну, что стояла над могилой. Попала стрела прямо в середину меты: значит, дорога будет удачной.
Проводила старая Пэвсин своего сына, проводила прекрасная Костэ своего мужа, проводил отца малый сын, проводил своего пама весь чудской увтыр.
День плывут ладьи Кудым-Оша, другой плывут, вышли на Каму. Когда молодой месяц состарился и на ущерб пошел, приплыли в большой город.
Привязали ладьи у берега, а сами пошли к здешнему князю, понесли ему свой товар.
Понравились чудские меха князю и его людям. Нанесли они в обмен кумач и парчу, золотые и серебряные украшения, узорные чаши и кувшины.
Велел князь угостить гостей. Усадили чудинов на мягкие ковры, налили им вина, положили хлеба. Кудым-Ош во многих краях побывал, а хлеба никогда не видел. Попробовал он - не мясо, не рыба, а вкусно. Стал спрашивать хозяев, как они добывают хлеб.
Князь показал на поле:
- Вот хлеб растет.
Кудым-Ош попросил немного зерна. Добрые хозяева дали ему зерна и научили, как сеять его, как жать, как молотить и как печь хлебы.
Вернулся Кудым-Ош домой, посеяли чудины рожь и ячмень, собрали первый урожай и весь его оставили на семена, на следующий год опять посеяли и собрали богатый урожай.
Созвал Кудым-Ош гостей из ближних и дальних земель, устроил пир, угостил всех хлебом.
Позавидовал Кудым-Ошу чудской князь Юкся с Косы-реки и решил идти на него войной, отнять хлеб.
Узнал об этом Кудым-Ош, велел навострить ножи и топоры, намазать стрелы густым ядом и повел своих людей против князя Юкси.
О старый Войпель, и ты, великий бог Ен! Или не видят ваши глаза и не слышат ваши уши? Или отвернулись вы от чудского народа? Брат на брата точит нож, чудин на чудина идет войной, а вы не остановите их! Или вам нужна кровь человеческая? Или вы хотите слышать рыдания женщин и видеть осиротевших детей?
Не помешали войне мудрый Войпель и великий бог Ен. Сошлись два войска на Косе-реке, как нож и камень сошлись. Оба войска насмерть стоят. День бьются, ночь бьются, земля у них под ногами дрожит, стонет парма, ручьями течет кровь в Косу-реку, багрянит чистую воду.
Три дня, три ночи бились, все воины полегли, остались на поле только Кудым-Ош и Юкся. Оба они совсем обессилели, не могут от усталости поднять ни копья, ни меча. Собрал Юкся последние силы, взмахнул мечом, да не удержал его, уронил и сам упал. Падая, протянул он руки к Кудым-Ошу. Кудым-Ош подумал, что старый Юкся предлагает мир. Забыл он тут свои обиды, остудил гнев, успокоил сердце, пожал Юксе руку и сказал:
- Ты погубил много людей и заслуживаешь наказания, но видит Войпель, ты каешься в своих злодеяниях и первый протягиваешь руку. Так будем же жить с тобой в мире, и пусть вся чудь навеки живет в мире и дружбе.
Так оно и стало. Кудым-Ош со всеми поделился хлебом, дал зерна и Купре и Маю, Кэчу и Палю, Анюшу и Юксе. За это все соседи любили и благословляли Кудым-Оша.
Прожил Кудым-Ош сто лет и еще полста. Наконец пришла за ним смерть.
Собрал Кудым-Ош весь свой увтыр и сказал:
- Когда я умру, положите тело в кедровый гроб, обейте его кованым железом и закройте крепко-накрепко, чтобы ни капли воды туда не просочилось. И буду я там спать, а настанет время, проснусь - и тогда придет к вам счастливая жизнь. Но вы не ждите ее сложа руки, а сами ищите счастья. И никогда не воюйте с соседями, дружите с ними.
Сказал так чудской пам Кудым-Ош и заснул крепким сном.
http://vk.com/club1430074?w=wall-1430074_337%2Fall

--------

Кудым-Ош, по Коми-Пермяцким легендам

1.
Небо-Енэж пред грозою,
В час, когда змея рассвета,
Вынув голову из Камы,
Жало острое и злое,
Запустила в туч громаду,
Ядовитым брызнув гноем,
На хребет Урала древний.

Из пещеры в шкуре зверя,
Что зовётся мегацерос,
И ревёт подобно диву,
Вышел Ош непобедимый,
Что Кудымом величался,
Что ступнёй сметал озёра,
И дробил рукою скалы.

Лик его был грозен жаждой,
Брови сшиблись топорами,
Кулаки как длани Ена,
Рот скривлён улыбкой, хейя,
На плече топор из кремня,
И на поясе ремённом,
Нож, подарок горных гномов.

Был он сыном злого Оша,
Что зовут у нас медведем,
Мать его, Повсин-девица,
По зиме, упав в берлогу,
До весны жила рабыней,
У таёжного владыки,
Подчиняясь злым утехам.

А весной, когда с верховий,
Ку-реки, приходят льдины,
И капель звенит ножами,
Пробудившийся от спячки,
Ош свирепый выгнал девку,
И она вернулась к людям,
С брюхом. Так поёт преданье.
       ***
В два шага реки достигнув,
Что звалась Великой Камой,
Ош застыл, как изваянье,
Увидав на травах чудо,
Этим чудом стала дева,
Возлежавшая нагою,
На краю речной поляны.

Грозной поступью героя,
Не смутившись, хоть и дева,
Взор красавица направив,
На могучего Кудыма,
Улыбнулась словно Леля,
И бессильно сжалось сердце,
Молодого Кудым-Оша.

А волшебница речная,
Рассмеялась смехом звонким,
Этот смех стрелой калёной,
В грудь велетову вонзился,
И пропал гигант навеки,
И водою ноги стали,
И рука метнулась к горлу.

И тогда сказал он слово,
И его, услышав небо,
Раздражённо прогремело,
Злая молния вонзилась,
В реку, словно острый дротик,
И река, качнув волною,
Подтвердила. Будет слово!

- Я, Кудым, герой Уральский,
Здесь сразивший Чернобога,
Оседлавший злую Ёму,
Отворивший её лотос,
И вошедший без остатка,
Как копьё пронзает вепря,
В лоно ведьмы против воли.

Как карга рычала злая,
Как она сопротивлялась,
Крик её дробил вершины,
Гор Уральских самоцветных,
Этот вой был полон скорби,
Удержать меня желанья,
В глубине своей пещеры.

Но была с позором Ёма,
Мной отпущена на волю,
К злому мужу Чернобогу,
В Улыс-му, чертог подземный,
Нет во мне к собакам битым,
Мести зла и сожаленья,
Я подстилками гнушаюсь.

Ты, лежащая на травах,
Душу мне перевернула,
Я красой твоей волшебной,
Околдован словно отрок,
Быть тебе моей невестой,
А быть может и женою,
Если я так пожелаю.

Так сказал Кудым могучий,
Гром в ответ взрычал, - услышан!
Кама звонко рассмеявшись,
По ногам его плеснула,
Травы гойя шелестели,
Ветер просвистел в вершинах,
Стройных сосен, лип медвяных.

И тогда привстав, девица,
Посмотрев смешливым глазом,
В очи грозного Кудыма,
Как свирель расхохоталась,
На которой скотий Велес,
По весне играет трели,
Рассмеялась и сказала.

- Знай герой, твоя погибель,
Не от злого великана,
И не в пламени Горыни,
Не в скалы обвале страшном,
Твой язык тебя погубит,
Ибо он хвастлив не в меру,
И длинней гряды Уральской.

Я ж девица не для блудней,
Дочь Урала я и Камы,
И зовусь я Пермь Веснянка,
Так что нет тебе утехи,
В сердце том, что ждёт любови,
А не скотского покрова,
Вот тебе моё решенье.

И опять в небесных высях,
Прогремел Перун мечами,
Кама вздулась злой волною,
Ветер взвыл безумным зверем,
И Кудым печали полон,
Покачал в сердцах главою,
И ушёл грустить в пещеры…
       
2.

Так сказал нам старец древний,
Про Кудыма великана, 
Про его дела средь падей,
Коми-иньвенских таёжных,
Про его лихие сечи,
Про бессмертные деянья,
И судьбу героя Коми.
       ***
Мать его, Повсин девица,
Выйдя к людям из берлоги,
Чрез положенное время,
В срок дитя явила миру,
И назвав его Кудымом,
Отреклась всего людского,
И ушла в тайгу навечно.

А Кудым, оставшись людям,
Рос быстрее, чем собратья,
В нём была медвежья сила,
Стать лесного великана,
Что ни день, вершок прибавит,
И к началу ледостава,
Он в роду был всех сильнее.

В родниках он черпал силу,
И в берёзы соке вешнем,
И в росе травы медвяной,
В соловьиных песнях звонких,
В леса шорохе тревожном, 
В перезвоне речки быстрой,
Что течёт в седую Каму.

А когда медведь бродяга,
Вышел ночью из берлоги,
И пошёл в деревню Коми,
За добычей спящей в ямах,
Он Кудыма встретил первым,
И они задрались яро,
Рёв стоял на всю округу.

Люди, выйдя с головнями,
Окружили место боя,
И бодрили грозным криком,
Поединщиков могучих,
И кричали хейя Ошу,
И Кудыма добрым словом,
Понукали на победу.

И Кудым озлившись тяжко,
Взял таёжного бродягу,
Поперёк спины лохматой,
Поднатужившись, собрался,
И сдавив со всею мощью,
Поломал медведю спину,
Зверь издох, ликуют Коми.

И старейшина всех Коми,
Тут сказал слова закона,
И ему внимали люди,
И шептались, - мудро это!
-Быть тебе Кудыму-Ошу,
Нам отныне воеводой,
Будет так, свидетель Солнце!

3.
В те года селились Коми,
Как зверьё лесное в ямах,
Изб тогда ещё не знали,
Со скотиной жили в норах,
И увидев это диво,
Так сказал Кудым суровый,
Слово твёрдое, как небо.

Пусть отныне люди в ямах,
Держат скот с его потомством,
Нам негоже людям леса,
Жить в берлогах словно Оши,
Будем строить избы Коми,
Из стволов деревьев прочных,
Чтобы им стоять до веку.

Возроптали люди коми,
Мол, земля всего милее,
А тяжёлые лесины,
Будут нас давить калечить,
Но Кудым был твёрд в решенье,
Как сказал, отрезал словно,
И рубить заставил избы.

А на утро вождь свирепый,
Всех собрал подвластных Коми,
И велел селенье рода,
Из низины и несчастий,
Перетаскивать на гору,
Ту, что Красною зовётся,
Где хозяйкой жрица Чикиш.

Топоры стучали громко,
Кони ржали в тяжких путах,
Люди, падая, вставали,
И работу продолжая,
Ввечеру седмицы третьей,
Переехали на гору,
И поставили селенье.

Только Чикиш, Потось злая,
Не смирившись с переменой,
Затевала злые козни,
И в ночи сжигала крылья,
И хвосты мышей летучих,
И могильною землёю,
Колдовство скрепляла злое.

И тогда пришли из мрака,
Злые чудища лесные,
И в дома они врывались,
Тяжко мстя за дерзость людям,
Убивая деток малых,
Поедая их живыми,
Мёртвым взглядом убивая.

И народ взроптал здесь Коми,
И вскричали в страхе люди,
Где Кудым, наш вождь избранник,
Спать не дело, коли в доме,
Нечисть чинит непотребство,
Если вождь, то пусть к ответу,
Призовёт колдунью Чикиш.

И Кудым сверкнув глазами,
Кулаком скалу ударил,
Отломив большую глыбу,
И швырнув её в то место,
Где от гнева Коми-иньва,
Схоронилась злая Потось,
Чёрным делом промышляя. 

И скала ударив сверху,
Злое логово той жрицы,
Вбила чёрную берлогу,
В плен земли на три сажени,
Так издохла Потось-ведьма,
В страшных корчах и по праву,
А народ ушёл довольным.

4.

Изведя врагов соседей,
Наш Кудым задумал дело,
Что любой надёжней сечи,
И доходней для народа,
Он собрал возы пушнины,
И отправился в торговлю,
К дальним родичам Пермянам.

Был поход его удачен,
Много он привёз добычи,
Не военной, а торговой,
Что простым селянам люба,
И соседи те Пермяне,
Были рады новой дружбе,
И её скрепляли солью.

Проторив дороги дружбы,
Кудым-Ош неудержавшись,
Новым делом окрылённый,
Стал копать руду в болотах,
Плавить на огне горючем,
Так явилось в мир железо,
Так сильнее стали Коми!

А из дальних тех поездок,
Он привёз семян чудесных,
Семя то роняли в пашню,
И оно всходило в осень,
А плоды его как чудом,
Обогрели земли Иньва,
Накормив лесное племя.

Так явились хлеборобы,
Те, что нянь несут народам,
Кто зарю с зарёй венчая,
Надрывает жилы-плети,
И трудом своим великим,
В мир приносит мир и солнце,
Благоденствие и радость.

5.

Осень, урожай в сусеках,
Люди празднуют победу,
Над природы злою силой,
Всё ликует и смеётся,
Будет чем кормить детишек,
Посреди зимы-шаманки,
Не получит жатвы Ёма.

А Кудым сидит на камне,
Над седой могучей Камой,
И грустит велет несчастный,
Одинок он в мире этом,
Пермь-веснянка словно камень,
Мужику запала в душу,
И во снах над ним глумится.

Сзади шаркая лаптями,
И кряхтя по стариковски,
Подошла к Кудыму баба,
Что старее всех в селенье,
И сказала прямо в очи,
Молодому великану,
Слово то, что ранит в сердце.

- Ты Кудым, наш вождь могучий,
Дал ты всё народу Коми,
Но, народ силён не сечей,
Он живёт заветом предков,
И детьми, что станут выше,
И сильнее, старой крови,
И пойдут гораздо дальше.

Есть в лесах народа Манси,
Дева юная, княгиня,
Звать её девица Косто,
Лик её луне подобен,
Косы чёрные, как ночи,
А когда она шагает,
Умолкают в чаще звери.

Ты иди Кудым за нею,
Забери из чащи деву,
Пусть твоей женою станет,
Народит тебе детишек,
И тогда народы Коми,
И охотники Мансийцы,
Породнятся кровно, хейя!

Так сказала та старуха,
Заронила в душу слово,
Молодому воеводе,
И ушла в свою избушку,
А Кудым остался думать,
И мечтать о той Мансийке,
Косто звали её, помним!

6.

Долго шёл Кудым лесами,
Птицу бил, морошку парил,
На костре с лесной травою,
Сам Вор-айка, хитрый леший,
На него рычал сердито,
Не осмелившись ударить,
Из-за пней сверкал глазами.

Тодысь, злой колдун из чащи,
Перекинувшись змеёю,
Укусить пытался Оша,
Но уполз скулить в пещеру,
С переломанной спиною,
А Кудым кручины полон,
Той победы не заметил.

Он шагает по болоту,
И к нему Бадь-вужья хитрый,
Превратившийся в корягу,
Посылает злого Глота,
Что медведя в миг съедает,
И схватив за шею зверя,
Ош его бросает в небо,
А потом в болоте топит.

И четвёртая седмица,
Принесла ему удачу,
Ноги вынесли героя,
К Иртышу, реке могучей,
Что ревёт на перекатах,
И грозит прибрежным скалам,
Йи кылалом – ледоходом.

Там стоял на бреге тихом,
Золотой посёлок Манси,
Обь там и Иртыш привольный,
Омывали Семихолмье,
Остяки там и вогулы,
Проживали в мире братском,
И душа Кудыма пела.

И в селение Мансийцев,
Он вошел, ступая твёрдо,
И вождям сказал учтиво,
- Я пришёл родниться с вами,
Дайте в жёны мне девицу,
Ту, что Косто величают,
Я о ней мечтаю, хойе!

И вожди, увидев мужа,
Преисполненного силой,
Собрали совет старейшин,
И решили, быть смотринам,
Но пускай чужак покажет,
Богатырской силы удаль,
Победив в борьбе сильнейших.

И собрался круг великий,
Остяки, вогулы, манси,
Брагу пенную пустили,
Берестовыми ковшами,
И входили в круг герои,
И боролись с Кудым-Ошем,
Не на смерть. На жизнь боролись.

И героев шесть сильнейших,
Одолел Кудым в двубое,
Не увечил, не глумился,
Просто их бросал он оземь,
И они уже сдавались,
Как сильнейшему, без крови,
А седьмому он поддался.

И тогда совет селенья,
Порешил, да будет свадьба,
Люба хитрость им Кудыма,
Сила тоже пригодится,
За учтивость похвалили,
После, набольший из Манси,
Ввёл его к девице Косто.

Здесь была одна задача,
Хитрость матери девицы,
Много к ней ходило сватов,
Да не многих привечали,
И лицо девицы Косто,
Было всё покрыто шерстью,
Коль не любо, не неволим.

Из кусков лосиной шкуры,
Маску клеила девица,
На своё лицо для сватов,
Мол, сама решу, который,
Будет мужем мне единым,
А тогда с ланит сниму я,
Шкуры те, что только хитрость.

И лишь только Коми-воин,
В дом вошел, ступая твёрдо,
Сердце девы встрепенулось,
И упали клочья шерсти,
А лицо её сияло, как луна,
В момент творенья,
И сплелись их руки вместе.

Так судьба распорядилась,
И родилось счастье снова,
А за ним родились дети,
У детей родились дети,
Край лесной живёт и ныне,
Он людьми богат и сердцем,
Век цвести Перми и Коми.
       ***
Красным золотом пшеница,
По холмам стекает к Каме,
Над лугами солнце светит,
Дети радостно смеются,
Песня бродит в перелесках,
Над землёй Перми и Коми,
Новый день ликует в небе!
Счастья вам мои родные,
Здесь я всё сказал! Прощайте!

Просмотров: 2486

Ответы на эту тему форума

МИЯН ПАРМА. В ПЕРМИ ОТКРЫЛАСЬ ВЫСТАВКА ГЕРОЕВ КОМИ-ПЕРМЯЦКИХ ЛЕГЕНД

Герои коми-пермяцких легенд — в краевой столице. В пермской арт-резиденции открывается выставка-гостиная. Она будет оформлена арт-объектами на темы уральского фольклора. На этой же площадке пройдут концерты национальных коллективов прикамского севера. Повод — 90-летие Коми-Пермяцкого округа.

КУДЫМ-ОШ ПОЯВИЛСЯ В ИНТЕРАКТИВНОЙ ИГРЕ

2 июня в Сыктывкаре состоится презентация интерактивной игры "Герои мифов и сказок финно-угорских и самодийских народов России".

Игра-раскраска выполнена во flash-формате и адресована совсем юным пользователям – дошкольного и младшего школьного возраста, однако будет интересна и более взрослой аудитории. Электронное издание содержит изображения героев мифов и сказок финно-угорских и самодийских народов России с краткой справочной информацией о персонаже. Пользователю предлагается раскрасить картинку, выбрать соответствующую герою атрибутику и собрать пазл со всеми героями игры.

Решать, какого героя выбрать у того или иного народа, мы доверили специалистам – учёным-фольклористам из регионов России. Они определяли, какой персонаж войдёт в нашу игру, готовили адаптированные для детей тексты о герое, описание его внешности. После кропотливой работы художника все рисунки, согласованные экспертами, попали в руки разработчика игры, который и превратил их в электронную раскраску", – рассказывает руководитель филиала ГРДНТ "Финно-угорский культурный центр Российской Федерации" Татьяна Барахова. 

Так, фольклорное наследие мордвы в игре представляет сказочное существо Куйгорож, сето – герой Пеко, удмуртов – Мать Солнца Шунды мумы, карелов – старец Вяйнемёйнен. От коми-пермяков в раскраску вошёл Кудым-Ош.

Игра "Герои мифов и сказок финно-угорских и самодийских народов России" размещена в свободном доступе на сайте http://www.finnougoria.ru/game/ и выпущена на дисках, которые будут распространяться в учреждения культуры, искусства и образования регионов России.

http://vk.com/kudymkar?w=wall-4221871_40573

RSS

Пусъёс

© 2020   Created by Ortem.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования