Uralistica

В гостях у сказки

Мало кто знает, но всем известная по русским сказкам Баба-Яга является коренной пермячкой. Постоянное место жительства этой недружелюбной одинокой женщины ни что иное как дремучие пермские леса. По коми-пермяцки ее зовут Ёма. Вы уже догадались, как выглядит ее дом? Совершенно верно — он на курьих ножках. В отличие от русских сказок, у коми-пермяков существует достаточно подробное описание ее внешности: железные зубы и ногти, длинный нос, упирающийся в потолок и слепые глаза, но при этом развитое обоняние (помните: «чую, русским духом пахнет?»). 

У Ёмы есть несколько волшебных предметов — клубок, который показывает дорогу, блюдце с наливным яблоком, волшебные гусли и другие. К ней случайно или специально за этими вещами или за огнём забредают главные герои сказок. Встреча с Ёмой может быть опасной, поскольку людей она предпочитает только в качестве еды. Однако сразу она их не съедает, а предлагает выполнить несколько заданий. Если герой справляется, то Ёма отдаёт то, что являлось целью визита, если нет — съедает, зажаривая в печи. В отличие от своей русской испостаси, Ёма в ступе не летает, а танцует. 

В качестве средства передвижения использует «аршинного кота», на нем она может летать и даже плавать под водой, как американский супергерой. Ёма далеко не единственный сказочный персонаж, который перекочевал в русские сказки вместе с декорациями из пермских лесов. Можно попробовать отыскать знаменитую избушку и встретить хозяйку необычной недвижимости, отправившись в лесную экспедицию. 

Однако более безопасный, но не менее увлекательный способ знакомства с Ёмой — посетить село Пармайлово и музей деревянных скульптур, созданных мастером Егором Утробиным. Здесь проживает не только «хозяйка леса» (так еще иногда называют Ёму), но и чуды, о которых говорилось ранее. В парме можно встретить и водных духов, и Кащея, и, конечно же, лешего. У последнего, кстати, звучное коми-пермяцкое имя — Вора-морт. Особые приметы — отсутствие бровей. Если встретите в лесу существо без бровей, вы знаете, кто это. Чтобы избежать неприятностей, надо надеть одежду наизнанку и — бежать из леса.

http://2012.visitperm.ru/index.php?id=221

--

В русской сказке ''Иван-Дурак и Баба-Яга'' баба-яга воспринимается как не русская, ибо она на Ивана говорит: «Фу-фу-фу! Русска коска сама на двор зашла!»:

ИВАН-ДУРАК И ЯГА-БАБА

Напечатано в Пермских губернских ведомостях

Жил-был старик да старуха. У них был сын Иван-дурак. Вот Иван-дурак стал отпрашиваться от отца да от матери рыбу удить: «Где, — говорит, — рыбка клюнет, тут и стану удить!» — Старик да старуха подумали, подумали, да отпустили Ивана-дурака.

Вот он шел да шел, дошел до избушки: стоит избушка, на куричьей голяшке повертывается. — «Избушка, избушка, стань к лесу задом, ко мне передом!» — Избушка стала.

Вот Иван-дурак зашел в избушку, а в ней середе полу лежит Яга-баба: «Фу-фу-фу! Русска коска сама на двор зашла!» — Взяла да и заперла его в голбец. «Я тебя завтра велю изжарить меньшой дочери».

Вот на другой день поутру растопилась печка. Меньшая-та дочь вышла и говорит: «Выходи, Иван-дурак, из голбца-то» — Вот Иван-дурак вышел, она и говорит: «Садись, Иван-дурак, на лопату-ту!» — Иван-дурак сел, а сам руки и ноги расшарашил. Она и говорит: «Встань, Иван-дурак, с лопаты-то, я тебя поучу! — Вот как, — говорит, — сядь!» — Сама и села на лопату-ту. Иван-дурак бросил ее в печку да заслонкой и припер. Маленько погодя вынул ее и положил на голбчик. А сам опять в голбец ушел.

Яга-баба вышла и стала есть. Съела да и говорит: «Покататься бы мне, поваляться бы мне на Ивановых-то косточках». — А Иван-дурак сидит в голбце да и говорит: «Покатайся-ка ты, поваляйся-ка ты на дочериных-ка косточках!» — «Ах ты, варнак эдакой! Завтра велю середней дочери изжарить тебя!»

Опять на другой день печка истопилась. Середня-та дочь и говорит: «Выходи, Иван-дурак, из голбца-та» — Иван-дурак вышел. — «Садись, — говорит, — Иван-дурак на лопатку-ту!» — Иван-дурак сел, руки и ноги расшарашил. — «Не так! — говорит, — дай-ка я тебя поучу!» — Села на лопату-ту; он ее взял да и бросил. Вот изжарил ее, вынул из печи, положил на голбчик, а сам опять в голбец ушел.

Яга-баба наелась да и говорит: «Покататься бы мне, поваляться бы мне на Ивановых-то косточках!» — А Иван-дурак сидит в голбце-то и говорит: «Покатайся-ка ты, поваляйся-ка ты на дочериных-то косточках!» — «Ах, ты, варнак эдакой! Завтра велю большой дочери изжарить тебя!»

Ну и вот, на третий день истопилась печка. Больша-та дочь вышла и говорит: «Вылезай, Иван-дурак, из голбца-та» — Иван-дурак вылез. Она и говорит: «Садись на лопату-ту!» — Иван-дурак сел, руки и ноги расшарашил. — «Не умеешь ты садиться-то! Дай-ка я тебя поучу!» — И села сама на лопату-ту. Иван-дурак ее взял да и бросил в печку; изжарил и положил на голбчик, а сам опять спрятался в голбец.

Вот пришла Яга Ягинишна, съела дочь-ту да и сама говорит: «Покататься бы мне, поваляться бы мне на Ивановых-то косточках!» — А Иван-дурак и говорит: «Покатайся-ка ты, поваляйся-ка ты на дочериных-то косточках!» — «Ах ты, варнак эдакой! Завтра я тебя сама испеку!»

Вот на другой день печку истопила да и говорит: «Ну-ка, Иван-дурак, садись на лопату-ту!» — Он сел и опять так же — руки и ноги расшарашил. — «Ой ты, Иван-дурак, не умеешь садиться-то! Дай-ка я тебя поучу!» — Села сама Яга Ягинишна, а Иван-дурак бросил ее в печку; припер заслонку бадагом, асам склал их-то именье на иху же лошадь да и уехал домой.

---

Баба Яга - коми-пермячка

В пятницу, 15-го апреля, в школе № 61 г. Перми прошла конференция «Уникальные характеристики пермской земли», в числе обсуждаемых тем были вопросы древнего культурного наследия Прикамья.
Докладчики рассказывали о Пермском периоде, пермском зверином стиле, Парме, традиционной кукле и горнозаводском деле, также они обсудили вопрос происхождения пермской Бабы-Яги.
-- Баба-Яга - это баба из тайги, «яг» по-коми-пермяцки -- это лесистая местность, тайга, и вполне реально, что происхождение этого сказочного персонажа корнями уходит сюда, в Прикамье, -- считает организатор конференции Наталья Кусакина.
Г-жа Кусакина сообщила, что инициаторами проведения мероприятия стали музей «Пермской игрушки» и благотворительный фонд «Каменный пояс Прикамья».
Дмитрий Никитин.

http://komiperm.ru/rakurs/Baba-YAga-komi-permjachka

------------

Ба́ба-Яга́ — персонаж славянской мифологии и фольклора, имеющий несколько устойчивых атрибутов: умеет колдовать, летать в ступе, живёт в лесу, в избушке на курьих ножках, окружённой забором из человеческих костей с черепами. Она заманивает к себе добрых молодцев и маленьких детей и зажаривает их в печи.

Первым письменным источником о ней служат записи Джильса Флетчера (1588) «О государстве русском», глава «О пермяках, самоедах и лопарях». Одна из гипотез происхождения имени Быбы-Яги: на языке Коми, слово яг означает бор, сосновый лес. Баба — это женщина (Нывбаба-молодая женщина). Баба яга можно читать как женщина из бора-леса или лесная женщина. Есть еще один персонаж коми сказок Ягморт (лесной человек). В связи с этим, очень вероятно, что Яга-костяная нога — это угро-финская колдунья, а ее обиталище, ее избушка — это чамья, сомьях, стаббур — охотничий и ритуальный домик угро-финнов.

http://vk.com/kudymkar?w=wall-4221871_22873

-------

Золотая Баба исчезла http://uralistica.com/group/komipermians/forum/topics/2161342:Topic...

--

Просмотров: 1988

Ответы на эту тему форума

Хм, в русских сказках тоже её подробно описывают (Пропп В.Я.), но это действительно ФУ персонаж) Очень колоритный!

ОБРЯД "ПЕРЕПЕКАНИЯ" РЕБЕНКА: на лопату и в печь.

Помните злую Бабу-Ягу, которая сажала Иванушку на лопату и отправляла в печь? На самом деле – это отголосок старинного обряда «перепекания ребенка», который, несмотря на свою древность, был очень живуч и в иных местах сохранялся вплоть до XX века, а то и дольше...

Помимо записей этнографов и историков, сохранились и литературные упоминания об этом действе, которое было весьма распространено у наших предков. Например, ему подвергался в детстве Гаврила Романович Державин, по свидетельству В.Ходасевича, оставившего нам жизнеописание классика. Правда, процедурные подробности там не указываются.

Итак, «перепекание ребенка» – древний обряд. В одних местах к нему прибегали в случае рождения недоношенного, хилого младенца, при наличии рахита («собачьей старости»), атрофии и прочих недугов. В других – отправляли в печь всех подряд новорожденных. Зачем? — Вот об этом и поговорим.

Считалось, что если ребенок появился на свет раньше времени, если он слаб или болен, то это значит, что «не дозрел» в материнском чреве. А раз так, то нужно довести его до «нужной кондиции» с тем, чтобы он не только выжил, но и обрел необходимые жизненные силы.

Печь, как уже упоминалось, в традиции древних славян представляла собой своего рода отражение вселенной как триединого мира: небесного, земного и загробного, равно как и место общения с предками. Поэтому к ее помощи обращались, чтобы спасти недужное дитя.

При этом уподобляли рождение ребенка выпечке хлеба, а потому в классическом варианте «перепекания» младенца предварительно обмазывали ржаным (и только ржаным) тестом, оставляя свободными от него только рот и ноздри.
Тесто, к слову сказать, тоже было не простое, а на воде, принесенной на рассвете из трех колодцев, желательно – бабкой-знахаркой.

Обмазанное тестом дитятко укладывали на хлебную лопату, привязывали к ней и трижды отправляли на короткое время в теплую (не горячую!) печь, в которой нет огня.
В одних местах это поручалось бабушке-повитухе, в других – самой матери, в третьих – самой старой женщине в селении.

Никогда перепекание не проводилось в одиночку и всегда сопровождалось особыми речами. Но если бабушке-повитухе (при которой состояла помощница, чтобы снять ребенка с лопаты), достаточно было побормотать что-нибудь вроде: «Припекись, припекись, собачья старость», то в других случаях предполагался обязательный диалог участниц процесса.

Смысл его заключался не только в произносимых словах-иносказаниях, но и поддерживал ритм, в котором надо было отправлять и возвращать из печи ребенка, чтобы он не задохнулся. Например, если по ритуалу полагалось действовать лопатой матери, то у дверей могла стоять свекровь.

Входя в дом, она спрашивала: «Что ты делаешь»? Невестка отвечала: «Хлеб пеку» — и с этими словами двигала лопату в печь.

Свекровь говорила: «Ну, пеки, пеки, да не перепеки» и выходила за дверь, а родительница доставала лопату из печи.

Аналогичный диалог мог происходить с женщиной, которая, трижды обойдя избу по ходу солнца, вставала под окно и проводила ту же беседу. Кстати, иногда под окном вставала мать, а у печки орудовала знахарка.

Существует детальное описание обряда «запекания» ребенка от сухотки, сделанное одним из дореволюционных бытописателей, которое завершается «продажей» ребенка, причем знахарка забирает его на ночь, а затем возвращает матери .

«В глухую полночь, когда печь простынет, одна из баб остается с ребенком в избе, а знахарка выходит во двор. Окно в хате должно быть открыто, а в комнате темно. – Кто у тебя, кума, в избе? спрашивает со двора знахарка – Я, кума – (называет себя по имени) – Более никого? продолжает спрашивать первая – Не одна, кумушка, ох не одна; а прицепилась ко мне горе-горькое, сухотка поганая – Так ты ее, кума, выкинь ко мне! советует знахарка – Рада бы бросить да не могу, слышится из избы – Да почему? – Если выкину ее поганую, то и дите-чадо прийдется выкинуть: она у нем сидит – Да ты его, дите-то, запеки в печь, она и выйдет из него, слышится совет кумы».

После этого ребенка кладут на лопату для выпечки хлеба и помещают в печь. Знахарка, бывшая во дворе, обегает вокруг дома и, заглянув в окно, спрашивает: « – А что ты, кума, делаешь? – Сухотку запекаю <…> – А ты, кума, смотри, не запекла бы и Ваньку – А чтож? – отвечает баба, - и Ванькю не пожалею, лишь бы ее, лиходейку, изжить – Ее запекай, а Ваньку мне продай».

Затем знахарка передает в окно три копейки, а мать из хаты подает ей на лопате дитя. Это повторяется трижды, знахарка, обежав хату и каждый раз через окно возвращая ребенка матери, ссылается на то, что он «тяжеловат». «Ничего здорова, донесешь» – отвечает та и снова передает на лопате дитя. После этого знахарка уносит ребенка домой, где он и ночует, а утром возвращает его матери.

Этот древнейший обряд был широко распространен у многих народов Восточной Европы, как славянских, так и неславянских, бытовал у народов Поволжья - мордвы, чувашей. Сажание в печь ребёнка, как средство народной медицины, широко использовали многие европейские народы: поляки, словаки, румыны, венгры, литовцы, немцы

Дореволюционный этнограф и краевед В.К. Магницкий в своей работе «Материалы к объяснению старой чувашской веры» пишет:

«Вот как, например, лечили они детское худосочие. Больного ребенка клали на лопату, покрытую слоем теста, а затем закрывали его сверху тестом, оставляя лишь отверстие для рта. После этого знахарь три раза просовывал ребёнка в печь поверх горящих углей». Затем, со­гласно исследованию другого этнографа П.В. Денисова, ребенка «сбрасывали с лопаты сквозь хомут к порогу, где собака съедала покрывавшее ребёнка тесто».

Во время всей этой процедуры читала ряд наговоров.

Вариантов обряда перепекания было много. Иногда ребенка обмазывали тестом, лопату с ним проносили над тлеющими углями или сажали в остывшую печь. Но было у всех и общее: обязательно на хлебной лопате и в печь, как символ огня. Возможно, в этой языческой процедуре следует видеть отголоски одного из древнейших обрядов - очищение огнем.

А вообще, эта похоже на некую закалку (горячо-холодно), которая мобилизует организм на борьбу с болезнью. Согласно свидетельству старожилов, к методу «перепекания» прибегали в очень крайних случаях, после этого младенец должен был или умереть, или выздороветь. 

Случалось, что ребёнок умирал, когда его еще не успевали отвязать от лопаты. При этом свекровь на плач снохи говорила:

«Знать, ему не жить, а кабы перенес, так стал бы, знаешь какой крепкий после этого»…

Следует отметить, что обряд «перепекания» возродился в советское время. По воспоминаниям жителя села Ольховки В.И. Валеева (1928 г.р.), «перепекали» и его младшего брата Николая. Произошло это летом 1942 года. Брат его был не только худосочен, но к тому же криклив и капризен. Врачей в селе не было.

Собравшийся «консилиум» из бабушек поставил диагноз: «На нем - сушец». Назначен был единодушно и курс лечения: «Перепекать». По словам Валеева, его мать посадила брата (ему шел шестой месяц) на широкую деревянную лопату и несколько раз «сажала» Николая в печь. Правда, печь уже основательно остыла. А в это время свекровь бегала кругом избы, заглядывала в окна, стучала в них и несколько раз спрашивала: «Баба, баба, что печешь?». На что сноха неизменно отвечала: «Сушец пеку».

По мнению Владимира Ионовича, его брата лечили от худосочия. До сих пор Николай здравствует, чувствует себя прекрасно, ему более 60 лет.

Давно замечено, что в тяжелые годы испытаний и лихолетья, когда у лю­дей постепенно теряется всякая надежда на выход из создавшегося поло­жения, когда нависает какая-нибудь страшная опасность, из глубины ве­ков вдруг начинают всплывать, казалось бы, давно забытые обряды и обы­чаи. Люди как бы внезапно вспоминают, как поступали их деды и праде­ды в аналогичных ситуациях.

Русских печек становится все меньше. Детская смертность, что ни говори, гораздо ниже, чем в стародавние времена, но больных детей рождается всё больше...
Младенцев в наши дни не перепекают (разве что кладут в инкубатор).

Зачем же вспоминать «старину седую»? А помните, как в сказке гуси-лебеди прекратили погоню за детьми только после того, как те забрались в печку?
Печка может быть условной… Ведь сам процесс перепекания был не только медицинской процедурой, но и в не меньшей степени – символической.

Таким образом, помещение ребенка в печь, помимо сжигания болез­ни, могло символизировать одновременно:

повторное «выпекание» ребенка, уподобленного хлебу, в печи, являющейся обычным местом выпечки хлеба и одновременно символизирующей женское чрево;

символическое «допекание» ребенка, «не долеченного» в материнской утробе;

временное возвращение ребенка в материнское чрево, символизируе­мое печью, и его второе рождение;

временную смерть ребенка, его пребывание в ином мире, символизи­руемом печью, и возвращение в этот мир.
...Вот так, добропорядочную знахарку Бабу-Ягу сказочники превратили в кровожадную злодейку, пекущую в печи детишек...

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=671280782913982&set=a.5...

RSS

© 2021   Created by Ortem.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования