Uralistica

Ӟечбуресь, гажано эшъёс. Туннэ, 31-тӥ толшоре, Петров Егор, дышетскись Гимназиялэн номеро 24 "Ӟуч корка" лыдӟи туж умой уж Ашальчи Окилэн сярысь. Таиз ужан лыдӟи "Ымусьтон лыдзонъёс". Мыным туж кельше таиз уж. Мон пусйыськи таиз уж таукаронзэ. Туж тунсыко уж

МБОУ «Гимназия № 24» г. Ижевск

     

Тема: Моя знаменитая землячка

Первая удмуртская поэтесса

Ашальчи Оки (Акулина Григорьевна Векшина)

 

Вид работы: исследование.

 

Выполнил: Петров Егор Владимирович обучающийся 9 Е класса, МБОУ «Гимназия №24» г. Ижевска.

 

Научные руководители: Петрова Елена Олеговна, Булдакова Наталья Фёдоровна – руководитель музея «История школы №24», педагог-организатор. Заслуженный работник НО УР, отличник просвещения РФ.

 

  

 

Ижевск. 2014 год.

СОДЕРЖАНИЕ

 

 1. Введение

 2. Моя землячка

    -Детство

    -Революция

    -Война

    -Новая жизнь

         -Возвращение

         -Великая поэтесса

         -Экскурсия в музей

         -Память о великом человеке

      3. Словарь

      4. Заключение

      5. Биографическая справка

      6. Информация по музею

      7. Приложение

      8. Интервью

  

 

Её лирика очень женственна, глубоко искренна, человечна, остерегается риторики, риторической лёгкости, а так же чрезмерной декларативности и убеждений.                                                                              

                                                                             ( Жан Люк – Моро )

 

 

Моя работа о моей знаменитой землячке, поэтессе Лине Григорьевне Векшиной. Почему я решил написать работу именно о ней?

Мне хотелось рассказать, какие люди родились и жили на моей земле родной, в селе Алнаши.

Узнал я об Ашальчи Оки когда еще в сад ходил, нас с ребятами водили в ее Дом-музей, помню нам показывали ее награды, фотографии, нам там очень понравилось и было очень интересно и исследовательскую работу мне захотелось написать именно о ней.

 

Цель моей работы: познакомить с жизнью и судьбой замечательной поэтессы Лиины Григорьевны Векшиной, пробудить у юного поколения чувство гордости за то, каких замечательных людей рождает наша Удмуртская земля.

 

Задачи:- познакомиться с творчеством поэтессы, с фактами из ее жизни;

              - собрать материал по теме, проанализировать;

              - посетить музей в Алнашах;

              - использовать новые источники;

              - выяснить, известно ли ее творчество нашим современникам.

 

Методы работы:

Ознакомление, анализ, сопоставление, интервьюирование

Хочу отметить, что известна первая удмуртская поэтесса под псевдонимом Ашальчи Оки. Но, сначала по порядку.

 

ДЕТСТВО АШАЛЬЧИ ОКИ.

                                                   

Есть в селе Алнаши на Первомайской улице дом, построенный в начале 20 века. Одноэтажный бревенчатый. Стены обшиты тесом, на главном фасаде «в елочку». Прямоугольные окна фасада обрамлены резными наличниками. Долбленные скворечники вкруг под стрехой. К дому льнет яблоневый сад. С улицы во двор ведут украшенные резьбой тесовые ворота.

На фасаде установлена мемориальная доска с текстом: «В этом доме жила первая удмуртская поэтесса, заслуженный врач Удмуртской АССР Лина Григорьевна Векшина (Ашальчи Оки)».

Родилась Ашальчи Оки 4 апреля 1898 года в деревне Кузебаево, Граховского района Удмуртской АССР, в семье крестьянина, середняка.

Обласкает землю солнышко и начинают луга травянеть. До чего ж простор их зелен. Ходит по лугам девчонка собирает какую-то траву в горстку. Всматривается в каждую злачинку: одна - в пыльце, как пушке золотом, другая - колосками, третья – бусинками унизана. У каждой своя жизнь, свой запах. Ходит девчонка и шепчет что-то, словно загадки загадывает. И счастье на лице девчонки… Луга травянеют…

Кузебаевского Григория Векшина дочка. Были уже в семье дети, когда она появилась на полатях.

Русский поп крестил, сказал:

-         Акилина звать.

-         Окилино? – переспросила мать. Дочка как гусиное перышко, а имя – с оглоблю. Поднесла к груди, а нежность и подскажи: - - Так и стала Оки – по - удмуртски, а по – русски - Лина.

Росла на полатях Оки. На полатях ползать и понимать стала. Год за годом звенела апрельская капель о том, что настал день рождения девченки. Хрустальным подарком свисали сосульки с крыши. Из-под стола петух с отмороженным гребнем поздравлял:

-         Ку-ка-ре-ку!

С полатей жизнь постигать начала. Тепло и холод. Веселье и страх. Отличать песни труда, любви, отчаянья, пьяные песни. Все видела и слышала, что приносили, снующие на пол и обратно в тепло, братья Иви, Мико и каждый, кто входил в избу.

Сидит Оки, опустив ноги с полатей. Наблюдает, как мужики пьют кумышку. Лицо у дяди красное, то смеется он, то плачет. Интересно рассказывает дядя, как шайтан его ловит, как ангел летит спасать…

Страшно девчонке, подберет одну ногу под себя. Посидит еще. Подберет другую. Да и совсем уползет в дальний угол.

 Ночью мечется Оки по полатям в страшном кошмаре – не дядю, а ее шайтан ловит.

Сквозь сон Оки слышит: вот и ее судьбу отец с матерью решают. Кому же как не ей, дочери, грехи родительские перед богом замаливать?

- Отдадим дочь в монастырь,- говорят родители,- Может игуменьей будет, а то и мать-казначейша…- Посапывает отец, словно трубку курит.

Мать частенько посылала ее по утрам к бабушке-соседке.

Бабка не одна в избе. Женщина лежит на лавке, лицо закрыто. Походила, походила бабушка  и подсела к изголовью. Открыла лицо женщины. Голову кладет к себе на колени… Оки на цыпочках подходит ближе. До чего же интересно, ведь бабушку на деревне зовут колдуньей.

 А в руке у бабки кусочек сахара. Она быстро загибает веко у женщины и начинает кусочком водить туда-сюда… Кусочек становиться бледно-розовым, потом меняет оттенки до ярко-красного, как кровь. Бабка выпускает голову женщины, та встает и благодарит, благодарит, что полегчало ей, видеть стала.

Казначейша… игуменья…  Нет! Колдуньей будет Оки! Даже дыханье захватило…

Исполнилось Лине девять лет.

- Грамотный человек – зрячий, сказал отец и повел ее в школу в село Грахово. Умел читать Григорий Векшин, а неграмотная мать и во сне и наяву видела дочь образованной.

Учиться было легко. Хвалила учительница, особенно за выразительное чтение. Трудно было понять другое то, что ты отличаешься от всех. Что-то не позволяло Оки смеяться, как все, быть смелой. Редко вылезала она из-за парты.

Раз русский мальчишка попросил хлеба у соседки. А Оки вспомнила, что в сумке лежит лепешка. Достала и протянула мальчишке:

- На вкусный!

Взял мальчишка угощенье, повертел пальцами и в форточку!

Сникла Оки…

По пятницам в Грахове большой базар. Мать обязательно заглянет в школу. И вдруг дочка:

- Не ходи, не носи гостинца!

- Ой, дочка, уже стыдишься меня, - загоревала мать. А Оки глаза зажмурила, чтобы не заплакать, и за парту.

Уже она деревенская подружка, другая, третья не стали ходить в школу. Не буду я учиться, - решила Оки.

А в перемену соседка достает толстую книгу. Перевернешь страницу – на лестнице стоит черная женщина, и бегут к ней такие же черные курчавые ребятишки. Называется книга «Хижина дяди Тома». Не буду ходить в школу – где буду брать книжки?

И с годами так пристрастилась Лина читать, что дома не оторвать от книжки, на сеновале пряталась, в луга уходила.

А когда окончила школу, в Грахове открылось двухклассное училище. Отдали Оки учиться дальше. И училась – лучше не надо.

Тем временем брат Николай окончил Центральную Вотскую учительскую школу в селе Карлыган Уржумского уезда и по воле родителей пошел в Казань, что бы получить диплом в учительской семинарии. Не хотелось учиться Микки, но подчинился. Пешком шел днем и ночью. Боялся. Влезал на дерево и сидел, когда было очень страшно. Все экзамены сдал. Но не приняли, сказали трахома. Вернулся Микки на полати делить общую судьбу. Горько переживали отец с матерью неудачу сына. Но раз Миколаю не повезло, пусть Акилина учительницей будет…

 

РЕВОЛЮЦИЯ

Вот уже пятый год учительствует Акилина Векшина, а все белая ворона в среде учительской. Старательна, детей любит. А на жизнь в щелочку смотрит.

Навестил раз земляк.

- Слыхала? Революция! Царя свергли!

Не слыхала. Надо что-то земляку ответить:

- Революция? У нас не бывает, во Франции бывает,,,

И революция сама стала искать таких, как Оки. Первой восточной неслыханной народной весны долетел до деревни газетный листок с коротким, как звук барабана, прогремевшим названием «Гром»,

Развернула -  и не оторвалась, пока не прочитала до конца. Она видела на бумаге родные слова. И прочитала: «Удмурты вы не хуже других народов! Не нужно стыдиться себя и своего языка…»

Потрясенная, глядела на листок. Словно второй раз родилась.

А потом газета принесла Акилине удмуртские песни на бумаге – стихи. Много прекрасных стихов учили в старой школе. Самые лучшие, как день солнечный,- Пушкин! А стихи по - удмуртски…  Да кто же мог знать, что стихи могут быть по – удмуртски! И вдруг показалось Лине, что стихи всегда жили в ней, и сейчас живут и, как птицы, рвутся из клетки.

Какие стихи? О чем стихи?

О самом главном и близком – о жизни женщины в деревне, ведь это ее судьба, жизнь мамы, сестры, подруги, соседок… обо всех удмуртках стихи…

Акилина схватила листок и начала писать. И строчки звучали…

 

И работая весь день,

Как собака ты устала,

Стук в воротах. Злой-презлой

Пьяный муж идет домой.

Грозно пнул ногою дверь,

Зарычал как дикий зверь.

Все ворчал он, долго пил,

Изругал тебя, избил,

Как собаку…

Только ты одна всю ночь

Не спала… Кругом темно,

И, рыдая, проклинала

Жизнь свою. И зазывала,

Чтобы смерть пришла к тебе,

И в своей тюрьме-избе

До утра ты завывала,

Как собака…

Первое, а написалось легко. Переписала. Газетный номер лежит на столе, исходит от него необычное тепло-зов. И Акилина подчинилась зову вложила листок в конверт и написала адрес: «Редакция «Гром».

Скоро газета напечатала стихи Оки. Но никто не знал еще, что в сердце учительницы живут и звучат нескончаемые мелодии слов.

С тех пор, как приобщилась Оки к стихам, совсем другая жизнь пошла у нее. Она писала:

 

 

Я глупа, ах, глупа была раньше:

Когда дождик сквозь солнечный луч

Тонкой сеткой струился сквозной,

А на небе, как пояс цветной,

Дуга-радуга вдруг расцветала,-

«Я бы платье такое соткала!...-

Так мечтала я раньше…

Когда солнечный луч из-за туч

Вдруг блеснет бахромой золотой,-

«Ах , тех туч золотую кайму

Я б пришила к платку моему!»-

Так мечтала я раньше…

 

Не нужно Оки ни платья из радуги, ни ожерелья из звезд, ни каймы к платку. Она узнала другое счастье- оно так велико, что она даже не верила ему и пишет:

 

Ах, глупа я, глупа и теперь:

Когда слышу я шелест весны,

Вижу сны, рой обманчивых снов…

Верю снова я им, отвечаю на зов,

Забывая всю горечь потерь.

-«Счастье все впереди!» - говорю

Жду чего-то, горю…

 

А революция глубже и глубже проникала в деревню. Начинали создавать клубы, библиотеки для сельской молодежи.

И Лине Григорьевне было предложено поехать на курсы внешкольных работников.

Новая жизнь началась…

 

 

НОВАЯ ЖИЗНЬ

Четыре месяца прошли незаметно. Курсы кончились. В общежитии стало тихо. В коридоре общежития увидела объявление, принимаются на рабочий факультет университета…

До чего интересно было учиться. Сколько наук! Чудеса!

С подругой старались ничего не пропустить. Не только свои лекции слушали. Но чем ближе к концу, тем чаще тревожил вопрос: кем стать в жизни? С чем вернуться в родной край? Какой факультет выбрать?

Самый увлекательный, самый сложный труд – это педагогический. И уважение к профессии учителя – на всю жизнь.

Но есть большая любовь - к литературе. Лина по-прежнему любила читать. Она уже пробует свои силы, печатают ее стихи в родной газете, перевела на удмуртский язык стихотворение Пушкина, в деревне девушки поют ее стихи на знакомые мотивы, гуляя. А композитор в Ижевске положил на  музыку ее слова:

 

 

Когда в лесу гуляю смородину сбираю,-

Смородинки глаза тогда я вспоминаю.

Когда кошу траву я, цветы косой волнуя,

Твое лицо-цветок тогда я вспоминаю.

 

 

 

Как же это могло случиться? Что повлияло на решение Лины?

Может быть вспомнила как в избах по деревням сидят старики и старухи на лавках, повернувшись лицом к стене , а ребятишки прячутся по углам, часами прижавшись к потемневшим бревнам. Не так больно, когда свет не падает на больные глаза…  А сколько раз гуляя в лугах, встречала она цепочку слепых с мальчонкой-поводырем.

Так ректорат университета принял заявление Акилины Векшиной с просьбой принять ее студенткой на факультет медицины.

Страна переживала голодный 1921 год. В старом университете не отапливались ни аудитории, ни общежития.

Трудная выдалась зима. Кто – то заболел. Кто – то бросил учёбу.

     А летом пошли работать девушки на заливные луга под Казанью. Косили сено, ели кукурузную кашу. Осень ждала с урожаем. Поднималась страна, стряхивала понемногу разруху. Учиться стало легче.

Минуло два года. И еще яснее стало, что одна наука ближе, другая – дальше. Одна любимей, другая непонятней.

Вокруг печатных органов в первые годы революции стал расти актив первых удмуртских читателей, как и первых удмуртских селькоров, поэтов, писателей, журналистов.

На страницах газет зарождалась удмуртская художественная литература.

Кузебай Герд учился в Московском литературном институте имени Брюсова. Он становился автором учебников.

В школьную хрестоматию он поместил детские рассказы Лины Векшиной.

Народ становился гордым…

В удмуртскую литературу входили новые молодые имена. Вошла и в неё и первая удмуртская поэтесса Удмуртии Ашальчи Оки…

На четвертом курсе студентка Векшина пошла работать в медицинское учреждение – глазной отряд. Счастлива была – приняли. А когда спустя некоторое время сделали операционной сестрой – совсем наверху блаженства. Операционная сестра – большой человек на свете, инструмент ей доверяют. Какое наслаждение брать его в руки. А уж подавать хирургу во время операции... И ни одно, ни одно движение врача не упустить…

    Однажды Лине предложили прочитать по – удмуртски лекцию о трахоме в общежитии. Несколько дней она готовилась. На развороте газетного листа нарисовала два огромных глаза, здоровый и больной. Очень понравились главврачу её рисунки, одобрил: наглядно, доступно для понимания.

    Состоялось первое выступление. С увлечением рассказывала лектор Векшина о болезни. Но что это за странные звуки в углу? Словно плачет кто – то. Стала искать глазами и увидела слепое лицо. Потом подошла к женщине, участливо положила руку на плечо:

              - Что случилось?

              - Почему раньше никто не сказал мне о глазах, как ты… - плакала женщина, - когда болела… я лечилась бы и не ослепла…

     Вот каким нужным человеком можешь ты стать, Акилина!

     Вот и последний курс института. Отмечена письменная работа Векшиной «Методы исследования глаза». Уже спрашивают её:

              - В ординатуру хотите?

    Ещё как хотела бы! «Для знаний пестерь не нужен», - говорят в родном краю. Но там, в Удмуртии, ждут её больные старики и дети.

    В 1928 году, уже офтальмологом, Лина Григорьевна Векшина явилась на работу в село Юкаменское.

В этом же году вышла книжечка избранных стихов Ашальчи Оки для русских читателей. Тот же неугомонный Кузебай Герд составил и отредактировал сборник, дав стихи в собственных переводах.

 

 

 

 

 Сборник назывался «О чем поёт вотячка». Начинался он стихотворением:

 

 

Ты спросил у меня:

- Ну, к чему это пишешь стихи,

Тратишь силы, как вол для сохи?..

- А спросил ли, спросил ли, мой друг,

У овса, что созрел на полях,

Ночь и день почему он шумит,

Ночь и день сам с собой говорит?

А у речки спросил ли, мой друг,

Почему она вечно журчит,

Не смолкая струится, бежит?

А весною в садах соловей

Почему распевает с ветвей –

Ты об этом спросил ли, мой друг?..

 

 

А заканчивался сборник небольшим стихотворением «Руку дай!»:

 

Руку дай! Все мы любим тебя:

Если ты всех вотячек давно

Будишь к свету и ночью и днем.

- Эй, вотячка, по гуртам вставай!

Если ты нас ведёшь в мир иной, -

Все мы любим тебя! Руку дай!

Если ж ты закрываешь нам путь,

Гонишь снова нас всех в темноту,

Говоришь нам: «Варите арак

И возитесь у печек с утра», -

Мы за то проклинаем тебя, -

Ты - наш враг! Разгорайся ж, борьба!

 

 

 

А в деревне окулист Векшина ходила по избам, принимала больных в больнице, и на родном языке, понятном населению разъясняла, что за болезнь постигла их, как вылечить трахому. Родному слову легче верилось, оно глубже проникало в сердце. А врач убеждала, лечила, оперировала и снова лечила. И люди восклицали:

          - Вижу! – и благодарили.

          - Глаз лечите? Уж очень маленькое дело глаз! – сказал ей один из врачей, впервые столкнувшись со специалистом – окулистом.

      Но жизнь подтверждала: быть зрячим – это быть счастливым.

      В 1939 году Лине Григорьевне удалось побывать на курсах по глаукоме и пересадки роговицы в Одесском офтальмологическом институте академика В. П. Филатова. Там, глядя на виртуозные операции академика, на его умелые руки, Векшина словно сама чувствовала, как трахома переходит на роговицу.

 

ВОЙНА.

 

В первый же день войны Лина Григорьевна Векшина позвонила военному комиссару села Алнаши и сказала, что она готова идти на фронт. Пока врачей не вызываем,- ответил ей военный комиссар и добавил: - вы же, Лина Григорьевна, окулист.

- Ну и что же. Надо будет – стану хирургом.

Вечером, вернувшись из поликлиники, она сказала мужу: - Ваня, я решила идти на фронт.

- А как же наш сын? – встревожено спросил муж.

Она подошла к нему, не торопясь, подсела, ласково посмотрела ему в глаза и ответила:

- Мое место там. С Валерой останешься ты. Тебя по зрению все равно не возьмут. Я верю тебе, ты справишься со всеми трудностями. Ведь ты уже оставался один. Мы с тобой многое пережили, но всегда оставались верными друг другу. Война Ваня это страшное дело, и наши прошлые переживания не смогут с ней сравниться. Я должна идти. Это долг моей совести.

23 июня военный комиссар позвонил ей и сообщил, что в Можге формируется 571-й походно-полевой госпиталь и туда нужен врач. Лина Григорьевна быстро сняла белый халат, накинула на плечи легонький летний плащ и на ходу сказала медицинской сестре:

- Я в военкомат за документами. Еду на фронт. Вот ключи, передай их кому – нибудь из врачей.

В Можге она встретилась с главным хирургом госпиталя Борисом Николаевичем Мультановским, который принял её, старую знакомую, тепло и приветливо. Лина Григорьевна знала Мультановского как хорошего врача – хирурга, беззаветно преданного своему делу. Она вспомнила передачу удмуртского радио, в которой рассказывалось, что Мультановский, работая врачом в Шарканской районной больнице, перелил умирающей от кровопотери крестьянке Марковой Марфе свою кровь и тем спас ее. Знала она и о том, что Борис Николаевич работал  врачом-ординатором клиники общей хирургии Первой республиканской больницы в городе Ижевске, а затем около трех лет был заместителем наркома здравоохранения УАССР.  Лина Григорьевна  обрадовалась, что ей придется работать под руководством этого опытного врача.

Знала Векшина и другого врача – Соколова Павла Поликарповича из села Поршур Можгинского района как энергичного человека и талантливого специалиста.

Походно-полевой госпиталь после комплектации кадрами, инструментом и необходимым инвентарем был придан 22-й Уральской армии, в которую входила и 98-я дивизия, сформированная в Удмуртии. После того, как отправились эшелоны с воинскими частями, 24 июня выехал на фронт и 571-й походно-полевой госпиталь. Через несколько дней прибыли в город Торопец, расположенный севернее реки Западная Двина. Не успели выйти из вагонов, к ним подбежал какой-то  военный и начал ругаться:

- Что же вы плететесь как черепахи?! Я тут не знаю , куда деваться с раненными. Триста человек их тут скопилось. Жара , мухи, стон кругом, а тут еще стервятники фашистские летают.

- Не волнуйтесь, сейчас всех примем и всем окажем помощь, спокойно сказал Борис Николаевич Мультановский. И тут же распорядился: - Лина Григорьевна, готовьтесь к операциям. Вы будете мне ассистировать. Юлия Николаевна,- обратился он к другой сестре, готовьте инструменты и два стола. Будем оперировать на обоих.

Спокойный голос Мультановского, его твердая уверенность успокоили армейского представителя и медперсонал. Санитары стали срочно грузить раненых в вагоны. Мультановский и Векшина тут же их распределяли, кого поместить в вагоны, а кого сразу же отправлять на операционный стол. С тяжелыми ранами набралось более тридцати человек. И вскоре врачи приступили к операциям.

Лина Григорьевна внимательно следила за действиями Мультановского: как он держал скальпель, как вскрывал рану и удалял осколки. Несколько раз приходилось браться за пилу – ампутировать безнадежно перебитые ноги и руки. Векшина училась у Мультановского отделять надкостиницу на месте распила, сводить ее обратно для образования культи. Когда приходилось ампутировать ногу выше коленного сустава, Мультановский использовал в качестве опорной кости на культю коленную чашечку. Все это он делал быстро, сноровисто и надежно. Закончив основную часть операции, передавал больного Векшиной, которая уже завершала, накладывала швы, а потом вновь переходила ко второму столу, где уже работал главный хирург.

Работали в ту ночь без перерыва. К утру от усталости подгибались ноги, но все нуждающиеся раненные получили медицинскую помощь. Лина Григорьевна восхищалась Мультановским, но в то  же время подумала, что ей никогда не достичь такого мастерства в хирургии.

Мультановский внимательно смотрел на нее покрасневшими от бессонной ночи и усталости глазами и, угадав ее мысли, тихо произнес:

- Тяжело бывает в первый раз, а потом дело пойдет. Я уверен, у вас все получится. У вас же доброе сердце. А без доброго сердца хирурга не может быть. Сегодня нас больные ругали, крыли матом, один даже мясником обозвал меня. Не обижайтесь на них. Завтра они нас слезно будут благодарить, а потом это чувство останется в них на всю жизнь.

И начались фронтовые будни госпиталя. Каждый день прибывали раненные, им оказывали помощь, отправляли в тыловые стационарные госпитали и вновь получали с передовой линии раненых.

Прошел год войны. Векшина успешно освоила специальность хирурга, провела не одну сотню операций, спасла жизнь многим воинам, в том числе и с газовой инфекцией. В наркомат здравоохранения пришло письмо от одного раненного бойца: Если я останусь жив до конца войны, то буду счастлив поцеловать Удмуртскую землю за золотые руки хирурга Векшиной.

В октябре 1942 года походно-полевой госпиталь расположился в одной из деревень Калининской области близ города Кувшиново. По всему, что происходило в этой местности, чувствовалось, что Советская Армия готовит серьезную наступательную операцию: по железной дороге на запад проходила одна дивизия за другой.

В один из дней в госпитале стало известно, что через их станцию проходит 357-я стрелковая дивизия, сформированная в Удмуртии. Медперсонал отпросился у начальства на несколько минут посмотреть на своих земляков. Каждый надеялся увидеть кого-нибудь из знакомых, получить весточку из дома.

Лина Григорьевна быстрыми шагами проходила мимо вагонов, вглядываясь в лица солдат и офицеров. Неужели никого нет из Алнаш? Крикнуть бы, да неудобно. И вдруг один из офицеров показался ей знакомым. Высокий, стройный, в тонкой талии перетянутый ремнем, он отдавал какие-то распоряжения своим бойцам. Векшина почти бегом приблизилась к офицеру и воскликнула:

- Михаил Андреевич вы ли это?

- Я! – ответил Лямин, обернувшись к Векшиной, и удивленно взметнул черные брови. – Лина Григорьевна! Вас тоже трудно узнать в форме военврача. Надо же какая встреча . Не знаю даже что и сказать от радости.

Времени у Лямина было совсем немного, но Лина Григорьевна настояла на том, чтобы он зашел в вагон комсостава госпиталя , попил чайку с дороги. По пути задавала много вопросов о доме, об Удмуртии. Михаил Андреевич еще не успевал ответить на один вопрос, а она уже обращалась с другим.

А как вы?- спросил в свою очередь Лямин. Что нибудь пишете?

Не надо об этом, сказала тихо Лина Григорьевна. – Кому теперь нужны мои вздохи? Я ведь дала себе зарок, что не возьму больше в руки карандаш.

Лина Григорьевна улыбнулась какой-то смущенной улыбкой и сказала как бы оправдываясь:

- Правда иногда взгрустнется, и стихи сами просятся Но работы здесь так много, что не до них.

- А я очень люблю ваши стихи. В них выражена душа нашего народа. Еще будучи студентом в Ленинграде я сделал доклад о вашем творчестве. Профессору тоже понравились ваши стихи.

Лина Григорьевна удивленно посмотрела на Лямина, улыбнулась, о чем-то задумалась. Не знаю, может быть, я и не права… Но столько пережито. Что-то оборвалось во мне. А теперь, кажется, уж отболело. Песни вот по-прежнему люблю. Михаил Андреевич посмотрел на часы, заспешил. Лина Григорьевна проводила его.

- Я очень хочу, чтобы вы остались живы, напутствовала она молодого офицера, когда-нибудь настанут другие дни. Все будет поставлено на свое место. И еще Михаил Андреевич, пишите обо всем, что увидите, что переживете на фронте. Война, наверно будет долгая. Тяжкие муки переживает наш народ, и ничего из пережитого нельзя забывать.

Спасибо ,- сказал в ответ Лямин, - спасибо вам за то что вы у нас есть. Но не забывайте, прошу вас, что вы все же для нас есть и остаетесь Ашальчи Оки.

Лямин быстрыми шагами направился вдоль вагонов. Лина Григорьевна долго смотрела ему вслед и, когда он затерялся в гуще военных, исполняющих команду по вагонам, по ее обветренным щекам покатились холодеющие струйки. Она до боли в сердце затосковала по дому, семье, родимому краю. Пришли на память строки из своей песни:

 

Родимые края-

И радость, и беды.

Удмуртия моя –

Земля отцов и дедов.

Всегда волнуюсь вновь,

Как бы гляжу впервые

На желтизну хлебов,

На травы луговые.

 

 

Титанический труд военврача Векшиной был по достоинству оценен командованием армии. В приказе по 63-армииот 06 марта 1944 года отмечалось, что капитан медицинской службы Лина Григорьевна Векшина более чем за два с половиной года работы в госпитале проявила себя как врач-энтузиаст своего дела. Работая на самых тяжелых и ответственных участках(сортировочное отделение, центральное  перевязочное, газовое отделение), товарищ Векшина показала себя как врач-организатор, прекрасный и вдумчивый лечебник, как гражданин нашей великой Родины.

Своей неутомимостью, самопожертвованием и упорством в лечении она спасла жизнь многим сотням раненных, в том числе раненных с газовой инфекцией, отделением которого она практически заведовала более полутора лет. Будучи возрастом более 40 лет, с 16-летним практическим участковым стажем, она учила средний, младший персонал основам ухода за раненными, требуя и добиваясь внимательтного и чуткого ухода, неоднократно давала свою кровь для спасения жизни раненных.Имеет много благодарных писем от раненных и ряд благодарностей по приказу.

Фронтовая жизнь потребовала дальнейшего совершенствования  мастерства Векшиной как хирурга. Однажды начальник эвакогоспиталя №103В подполковник медицинской службы Ивановский обратился к Мультановскому с просьбой, нет ли в его госпитале хирурга-окулиста.

У меня есть прекрасный окулист, но это врач, имеющий широкую специализацию, и он самим нужен позарез, - ответил Борис Николаевич.

Он не хотел расставаться с Векшиной, но все же вскоре поступил приказ о переводе ее в соседний эвакогоспиталь. И Векшина начала вести операции с повреждениями глазного яблока. Ивановский не мог нарадоваться новым хирургом и не мог поверить, что до войны Векшина лечила глаза людей без хирургического вмешательства. В служебно-политической характеристике, подписанной им 19 мая 1945 года, он отмечал, что ординатор глазного отделения капитан медслужбы  Векшина Лина Григорьевна, 1898 года рождения, удмуртка, окончила медицинский факультет Казанского университета в 1927 году, имеет стаж работы по специальности 18 лет. В госпитале работает с 27 декабря 1944 года. Является квалифицированным окулистом, успешно проводит диагностику и лечение травм глазного яблока… освоила также магнитные операции.

Тов.Векшина отличается большим трудолюбием и редкой добросовестностью и честностью в работе, доходящей иногда до недооценки своих сил.

Тов. Векшина прекрасный души человек и хороший товарищ. Политически развита, в личном быту скромна, внимательна к раненным и больным, пользуется авторитетом и уважением среди постоянного и переменного состава. Тов.Векшина с большим успехом может занимать должность старшего ординатора большого специализированного госпиталя.

Но продвижение по службе не интересовало Лину Григорьевну. В ней жило твердое убеждение в том, что наибольшую пользу она может и должна принести своему народу, работая, как и до войны, в своем родном Алнашском районе, и всем сердцем рвалась туда. Но демобилизоваться удалось только в декабре 1945 года.

За долгие четыре с половиной года работы в госпитале через ее заботливые руки и чуткое сердце прошли десятки тысяч раненных, и каждый из них с собой уносил теплоту ее прекрасной души. И никто из них не знал, что добрый врач на своей родине известна как Ашальчи Оки – первая удмуртская поэтесса.

    Много лучших сынов проводила на фронт писательская организация Удмуртии. Ф. Г. Кедров, М. П. Петров, П. А. Блинов, И.Г.Гаврилов, Т.И.Шмаков, М.А. Лямин стояли на защите Родины рядом с другими сынами. Не все вернулись. Но Векшина Лина Григорьевна прошла войну до конца и возвратилась снова в Алнаши.

 

                                   АШАЛЬЧИ ОКИ ДОМА

 

 Приехав в родные края , Лина Григорьевна активно взялась за лечение своих земляков от трахомы. В то время в Алнашском районе было около 6000 больных трахомой, и врач – энтузиаст поставила перед собой задачу ликвидировать это заболевание.

Много сил, энергии и таланта врача потратила Л.Г.Векшина на решение этой задачи. И в 1958 году трахома в районе ликвидирована. Я очень счастливый человек - сказала она о себе в то время. 

Это был настоящий подвиг мирных будней. Труд Векшиной был оценен. Ей было присвоено почетное звание Заслуженный врач Удмуртской АССР, она была награждена орденом Знак Почета и Почетной грамотой Президиума Верховного Совета РСФСР , на республиканском совещании медицинских работников ей вручили именные золотые часы.

В 1959 году Векшина ушла на заслуженный отдых. В 1973 году она скончалась

На могиле Ашальчи Оки установлено надгробие в форме призмы, выполненной из дерева. Фигурное завершение с сухариками в карнизе увенчано шпилем с пятиконечной звездой. На лицевой стороне надгробия имеется фотография поэтессы. Могила окружена простой металлической оградой

Словарик

Стреха – переход от дома к крыше.

Тёс – тонкие доски с корой.

Середняк – небогатый, не бедный.

Злачинка – от слова злак.

Кумышка – напиток.

Полати – лежанка, устроенная между стеной избы и русской печью.

Курчавые – кудрявые.

Игуменье – настоятельница православного монастыря.

Разруха - неоконченный цикл стихотворений.

Ректор – лицо, состоящее во главе университета.

Поводырь – тот, кто помогает кому – н. идти, водит.

Кайма- полоса на ткани.

  

Заключение

 Немного грустно от того, что люди все меньше и меньше проявляют интерес к нашей национальной культуре и истории. Мне хотелось познакомить читателей с национальным достоянием Удмуртии в лице поэтессы Лины Григорьевны Векшиной. Очень жаль, что когда спрашиваешь наших знакомых знают ли они такую поэтессу, они отвечают, что нет, не  знают и в общем-то им это неинтересно.

В то время как  ее творчество высоко оценили и зарубежные ученые, среди них и венгерские и французские. Стихи ее переведены на много языков народов России, финский, эстонский, английский. На многие ее стихи написаны песни, пользующиеся любовью  народа. К примеру о мемориальном центре Марины Цветаевой в Елабуге знают многие, это, я думаю благодаря тому, что все-таки власти города уделяют много внимания своему городу, жителям и соответственно делают все для того, чтобы об этом знал каждый россиянин. Мое мнение, что и нашим властям необходимо проявить интерес к нашей культуре и ценностям и нести ее в массы нашего народа, хотя бы выпуская небольшие рекламные ролики в новостях региона, это было бы большим плюсом. А пока я хочу ознакомить ребят и педагогов нашей школы с творчеством Ашальчи Оки хотя бы в форме небольшой научно-исследовательской работы.   

 

 

Биографическая справка

Акулина Григорьевна Векшина родилась 4 апреля 1898 года в деревне Кузебаево Граховского района в удмуртской крестьянской семье. Начальное образование получила в Граховской школе, затем училась в Карлыгане в Центральной вотской школе. Успешно сдав экзамены в Елабужское епархиальное училище, в 16 лет стала учительницей начальных классов. Образование получила в Карлыганской Вотской учительской школе (1914), на Казанском рабочем факультете (1921) и медицинском факультете Казанского университета (1927).

В 1918 году впервые встретилась с удмуртской газетой, где было напечатано стихотворение на удмуртском языке, воодушевившее её на сочинение стихов.

Автор поэтических сборников:

В 1925 году в Москве в Центральном издательстве народов СССР выходит сборник стихов А. Оки «Сюрес дурын» («У дороги»), а в 1928 году – «О чем поет вотячка» в переводе Герда на русский язык. В 1930 году написала и выпустила книгу «Маар тодиз тракома сярысь Карпа агай» («Что узнал о трахоме дядя Карп»).

В 1968 году стихи А. Оки вышли в книге «Мон тодам ваисько» («Я вспоминаю»), в 1978 году – «Тон юад мынэсьтым» («Ты спросил у меня»), где напечатаны стихи, рассказы, письма.

В 1994 году вышла книга «Пинал нывлмурт туж яратэ» («Узнала девушка любовь»), в 1998 году «Чыртывесь» («Ожерелье»). В 2004 году вышел сборник стихов А.Оки на венгерском языке «Малы шип улэ удмурт нылкышно?» в переводе Анны Бердэ. Составитель книги Петер Домокош. 

С 1928 по 1932 годы работала врачом – окулистом в с. Юкаменское.

В конце 1932 года Лина Григорьевна вместе с мужем и сыном приехали жить в село Алнаши, Векшина добивается открытия курсов трахоматозных сестер.

А. Оки дважды репрессирована в годы сталинизма по делу СОФИН и реабилитирована в 1956 году.

Ветеран войны и труда, во время войны работала в передвижном военном госпитале № 571. Глазной врач с фронта вернулась классным хирургом с медалями «За боевые заслуги», «За взятие Берлина», «За победу над Германией, «За освобождение Варшавы».

За ликвидацию трахомы главный врач Алнашского трахоматозного диспансера Л. Г. Векшина награждена орденом «Знак почета», ей присвоено звание «Заслуженный врач УАССР».

Ее творчество высоко оценили венгерские ученые Бернат Мункачи, Петер Домокош, французский литературовед Жан – Люк Моро.

Стихи переведены на много языков народов России, а также французский, венгерский, эстонский, финский, английский языки. На многие ее стихи написаны песни, пользующиеся любовью народа.

                                                                                       М.С. Петрова,                 Старший научный сотрудник мемориального дома – музея Л. Г. Векшиной                      (А. Оки)

            Литературный дом-музей Ашальчи Оки


Адрес: 427880, Удмуртская Республика, Алнашский р-он, с. Алнаши, ул.Первомайская, д.5       (скрыть карту) 

Проезд: 35 км от ст. "Можга", 130 км от г. Ижевска

Режим работы:* Ежедневно с 8.30 до 16.30, кроме субботы, в летнее время - кроме субботы и воскресенья Внимание:
только экскурсионное обслуживание по предварительной договоренности

Входная плата:* Полный - 5 руб., детский - 2 руб., ветераны - 3 руб., иностр. граждане - 20 руб., бесплатно - инвалиды и участники ВОВ, ветераны трудового фронта, воины-интернационалисты, дети-сироты, сотрудники музеев

 

Памятные даты и ежегодные мероприятия:

    18 мая

Международный день музеев

    4 апреля

День рождения Л.Г.Векшиной

 

 

 

Описание:

    Ашальчи Оки репрессирована в годы сталинизма по делу "Софин" ("Союз освобождения финских народностей") и реабилитирована в 1956 году. Ветеран войны и труда, работала в передвижном полевом госпитале №571. Автор поэтических сборников. Стихи переведены на много языков народов России, а также французский, венгерский и финский языки. На многие ее стихи написаны песни, пользующиеся любовью народа.

 

 

Здание(я):

    Здание деревянное, имеются надворные постройки, садовый участок.

 

 

 

 

Основатель: Отдел культуры Исполкома Алнашского района, Минкультуры УАССР

 

 

Основные экскурсии:
    Жизнь и творчество Ашальчи Оки
    Жизнь Ашальчи Оки как песня
    Наши земляки - жертвы политических репрессий по делу "Софин"
    Лина Григорьевна Векшина - фронтовой врач
    Ашальчи Оки и современная удмуртская женская поэзия

 

                                               Интервью:

 

  1. Знакомо ли вам имя Акулины Григорьевны Векшиной?
  2. А имя Ашальчи Оки?
  3. Знакомы ли вы с творчеством этой поэтессы?
  4. Знаете ли вы про вклад этой женщины в развитие медицины?
  5. Что нужно сделать, чтобы память о ней осталась в наших сердцах?

 

Сергей Мошкин, обучающийся 9 Е класса

  1. Нет
  2. Нет
  3. Нет
  4. Нет
  5. Разместить информацию о ней в СМИ.

 

       Софья Кузьмина, обучающаяся 9 Е класса

  1. Нет
  2. Нет
  3. Нет
  4. Нет
  5. Разместить информацию о ней в СМИ.

 

         Арикеева Инга Венадьевна, преподаватель, классный руководитель.

  1. Да
  2. Да
  3. Читала
  4. Была офтальмологом.
  5. Посвящать беседы творчеству удмуртских писателей, делать исследовательские работы.

       

        Кашменская Лариса Аркадьевна, зам. директора гимназии.

  1. Да
  2. Да
  3. Хорошо ознакомлена, могу рассказать факты, о которых узнала от своей бабушки.
  4. Да, она излечила людей от глаукомы.
  5. Проводить беседы, экскурсии, посещать музей.

 

       Булдакова Наталья Федоровна, руководитель музея.

  1. С раннего детства.
  2. С раннего детства, ассоциация имени с колокольчиком.
  3. Не очень подробно.
  4. Знаю очень давно, благодаря ей удмурты стали зрячими, были излечены от трахомы, а позже от глаукомы.
  5. Больше рассказывать о ней, создать документальный фильм и показывать его в образовательных учреждениях.

 

 

 

Список литературы

 

  1. Булдаков В. Впервые в УР в Алнашах открыт музей усадьба Л.Г.Векшиной// Алнашский колхозник1987г 4 ноября.
  2. Гребенщикова Н. Рожденная трижды, о Векшиной Л.Г. Ижевск 1970 стр 150-172
  3. Зернов З.Я Л.Г.Векшина-удмуртская поэтесса, врач в книге На земле Алнашской, Ижевск 1979. стр 112-114
  4. Зубарев С.П., Куликов К.И. Военврач Векшина Л.Г. поэтесса,участник ВОВ, в книге Дорогами победы, Устинов,1985 г. стр. 112-113
  5. Кедров Ю. Жизнь как песня Медицинская газета 1972, 5 янв.
  6. Некролог// Алнашский колхозник, Алнашский район 1973.03.11
  7. Ходырев Г. Хочу рассказать о Л.Г.Векшиной Советская культура,1973.22.06
  8. Ходырев Г. Радовалась каждому шагу Воспоминания об Ашальчи Оки Алнашский колхозник 1978.06.04

Просмотров: 2216

Комментарий

Вы должны быть участником Uralistica, чтобы добавлять комментарии!

Вступить в Uralistica

© 2021   Created by Ortem.   При поддержке

Эмблемы  |  Сообщить о проблеме  |  Условия использования